Ещё есть выбор Выборная ситуация в Карелии выглядит оптимистично. Оптимистично настолько, насколько вообще допустим политический оптимизм осенью 2022 года. И тем не менее от активности граждан Карелии на этих выборах многое зависит. Давайте попробуем разобраться, почему все-таки выбор ещё есть? - Возможность высказаться против войны. Как в любой авторитарной системе у Владимира Путина все построено на лояльности. Не на качестве управленческих кадров, не на компетенциях, а не персональной лояльности, и лояльности к правилам системы. С началом войны все губернаторы, хотели ли они того или нет, автоматически стали региональными аватарами «партии войны». Губернаторские выборы этого года – один из немногих оставшихся каналов обратной политической связи режима и граждан. Отсюда вытекает простейшая мысль: голосовать против инкумбента на эти выборах – говорить «нет» войне. Любое действие граждан, не соответствующие фиксации лояльности, будет интерпретировать и даже более – будет являться прямым антивоенным заявлением. - Явка имеет значение. Путинский режим все двадцать лет демотивировал участие в политике именно своих критиков и противников. У вас все равно ничего не получится. Вас слишком мало. Вы далеки от воли народа. Вы не можете ничего изменить. И прочая авторитарная чушь. Поэтому в России уже долгие годы действие тупое противоречие: противники режима в первых рядах тех, кто не выборы не ходит, потому что «ничего это не изменит». В условиях отсутствия порога явки, режим мотивирует или прямо организует на участие зависимых от него граждан – они-то и выбирают криворуких губернаторов и депутатов, голосующих за начало военных действий. Отсюда еще одна простейшая мысль: чем больше критически настроенных избирателей придет на выборы, тем выше будет явка, и тем больше шансов для опрокидывающего голосования. - Явка имеет значение – 2. Еще одно значение явки в том, что высокая явка еще и средство защиты от фальсификаций. Известно, что базовый и самый распространенный способ фальсификации выборов – заполнение пустых бюллетеней нужным для власти образом. А откуда на избирательных участках берутся пустые бюллетени? Верно, это невостребованные бюллетени тех, кто не пришел. А мы помним предыдущий пункт: не пришли именно противники и критики режима. Отсюда, как вы догадываетесь, еще одна простая мысль – чем больше избирателей придется, тем ниже вероятность фальсификаций, тем выше шанс прокатить административного кандидата. - Народный мандат. Вы скажете, даже если все это так, и получится избрать не прямого ставленника Путина, то что это изменит? Его все равно встроят в систему? Может быть, это и так. Но есть пара «но». Во-первых, чрезвычайно важен сам факт результатов выборов, которые не соответствуют ожиданиям Кремля. Сам факт, что волеизъявление граждан выше расчетов путинских технологов. Во-вторых, у нас навсегда теперь есть «опыт Фургала» и хабаровская история. Сергей Фургал был наисистемнийшим человеком, участвовал в выборах чисто по тому, что попросили, не вел серьезной кампании, в гробу видел губернаторство. Но жители Хабаровского края сказали: хотим так. И Фургалу пришлось меняться. Народное доверие, настоящий политический мандат – животворящая штука. Получить губернатора, который будет зависеть не от начальника в Москве, а от воли местных жителей, быть обязанным и, значит, ответственным перед жителями – очень важно и очень полезно для развития Карелии. Словом, как ни крути. На выборы надо сходить.