В начале правления Хишама (725-726) Сара аль-Кутыйя поехала в Дамаск, чтобы пожаловаться халифу на присвоение ее имущества дядей Артабашем (Ардобастом, в этой версии он дядя, а не отец). Халиф Хишам устроил ее брак с одним из своих мавали (мауля, клиент), которого звали Иса бин Музахим. Кади Йяд описывает его как «барбара», что в те времена обычно означало бербера, но говорят также, что в омейядское время так могли называть иранца. В любом случае он был не арабом. Уже как муж Сары, Иса вернулся с ней в Севилью и защитил ее имущество.

У Исы и Сары было двое сыновей — Ибрагим и Исхак. Потомком Ибрагима был Мухаммад ибн Умар, известный как историк Ибн аль-Кутыйя. Абдуль-Азиз, сын Ибрагима, был его дедом.

Второй брак Сары был заключен после смерти ее первого мужа в 753 году, с Умайром бин Саидо аль-Ляхми. Этот брак поддержал Абдур-Рахман I, первый омейядский амир Андалуза. Умайр происходил из знаменитого арабского племени, Бану Ляхм, которые в течение 300 лет правили Лахмидским царством в восточной Аравии.

Ибн аль-Кутыйя был хорошо осведомлен о своих готских корнях. В отличие от многих других жителей Андалуза, которые пытались скрыть такие корни, изобретая арабские родословные, его предки никогда этого не делали, хотя в их случае это было бы очень тяжело, учитывая как хорошо была известна история Сары.

И все же, есть несколько версий, почему он был известен как Ибн аль-Кутыйя «сын готской женщины». Нет никаких сведений о том, чтобы он был горд своим вестготским происхождением. Также нет никаких сведений, чтобы его семья исповедовала долгое время христианство, как иногда предполагают. В целом для мусульман было не обычно носить нисбу по имени женского предка, хотя такие случаев мы тоже знаем много.

Как бы ни то ни было, Ибн аль-Кутыйя с этим именем уже родился, а его семья носила его два столетия. Отсюда, скорее будет правильным вопрос, почему Ибрагим, сын Исы бин Музахима, стал Ибн аль-Кутыйя, а не Ибн Музахим. Здесь тоже есть несколько объяснений.

1) Так делается, если женский предок был благородным и могущественным, как в случае Сары.

2) Так делается, чтобы различать сыновей отца, у которого было более одной жены.

3) Так делается, если женщина вышла замуж после смерти мужа. Якобы, Ибрагима могли так называть, чтобы отличать от его единоутробных братьев, сыновей Умайра.

4) Наконец, в 19-20 веках появилась версия о том, что Ибн аль-Кутыйя был осознанным «националистом», что якобы доказывает его увлеченность делами иберийских мусульман. По мнению некоторых историков, он чувствовал гордость за своих до-исламских предков. Проблема в том, что когда он упоминает восстания муваллядов (новообращенных мусульман иберийского происхождения), он почти всегда порицает их. Его комментарий относительно восстания Умара ибн Хафсуна не лишен симпатий к восставшим, но жестокое поражение от Омейядов он комментирует словами: «И так, победа досталась богобоязненным».