Небольшой, ламповый канальчик «Дама с поленом» не только о кино. Здесь вы найдете еще и истории из закулисья, подробные разборы классических литературных произведений, а так же необычных сериалов. Емкие рецензии на фильмы, сериалы, аниме, интересные факты
EICHMAN IN JERUSALEM.
1.
Нахожусь под впечатлением от, буквально пару дней назад прочитанной мною, работы Ханны Арендт «Банальность зла, или Эйхман в Иерусалиме». Порывалась прочесть давно, но к теме холокоста не шибко-то рвешься из-за неготовности или неспособности стойко переваривать всю ту жесть.
Рассказывать о предмете исследований работы Арендт, самом Эйхмане, не стану, - не маленькие, прочтете сами при желании. И к тому же, как мне кажется - предмет ее исследований не является страстью, как средство докопаться до сути, а, скорее, повод изощренно выговориться.
Я буду говорить о послевкусии.
Работа спорная и резонансная, в первую очередь, возмутившая еврейское мировое сообщество. Чтобы как-то объяснить то, что написано предпринимались попытки анализа психологических особенностей самой авторки, можно и об этом почитать. Арендт упрекали в том, что книга пронизана пренебрежением к жертвам холокоста, к их лидерам, и в целом к государству Израиль и в его роли в процессе над Эйхманом. И я, скорее, соглашусь с этим, чем стану оспаривать, не взирая на исключительный факт того, что Арендт вроде как тоже представить еврейского сообщества, в своей работе , по другому не скажу, испытывает крайнюю степень неприязни к представителям еврейской судебной системы, граничащую с раздражением, неоднократно ссылается на интерпретации по типу того, что евреи во многом содействовали истреблению себя же во времена второй мировой, обвиняет в потворстве нацистским «органам» управления и тд.
«Но»! Огромная благодарность автору за то, что лично для себя, я осознала как тщательно и скрупулезно, с психопатичной методичностью нацисты подготавливали то самое «окончательное решение» по уничтожен ю евреев, и что эти депортации, попытки стерилизовать «полуевреев», лишить их гражданства начались гораздо раньше второй мировой.
Опять «но»! Чтобы вы понимали, мои познания в истории крайне заурядны, либо искажены и слишком предвзяты.
Очевидно, что Арендт крайне критична к формам законодательства и к людям в целом, но при всей своей радикальной критике к самому Эйхману, к которому уважения она тоже походу не испытывает, она к нему относится порой с сочувствием, рассматривая его как слабого безвольного человека, своего рода пешки в руках злодеев вроде Гиммлера и тд.
Поэтому вот, что я скажу. Если вам присуща чрезмерная впечатлительность и свойственно очаровываться людьми и исследователями, которые ловко и умело ГОВОРЯТ, апеллируя зачастую не фактами, а своей личной трактовкой этих фактов, то книга эта может больше навредить, чем быть полезной, ибо поддаться ее обаянию легко, в особенности тем людям, которым по нраву искать оправдания самым страшным преступлениям против человечества и видеть в преступниках и противоречивых личностях людей «особенных» и незаурядных, основываясь на, хоть и отрицательной, но их безусловной исключительности (еще раз, со знаком минус).
И еще одно «но»! Для расширения кругозора, для углубления познаний и, как принято у философов, что-то вроде «размять мысль», читать надо, вдобавок ко всему, не стоит упускать из виду личность автора, которая сама по себе подогревает интерес.
При чтении книги важно напоминать себе: у всего есть две стороны. И если вам действительно интересна эта тема и сам иерусалимский процесс над Эйхманом, то стоит чутко отнестись и критике произведений Арендт.
Оторваться невозможно. В какой-то момент поймала себя на мысли, что как будто читаю «ловкий», не заискивающий перед читателем, текст, который отстраняет меня от надвигающегося, органичного для моей ментальности, ощущения тяжести, боли и несправедливости последствий деятельности «мирового зла», что безусловно, подчеркну, характеризует автора как очень даровитого писателя.
Заключительное «но»! Лично для меня, человека, который при мельчайшей возможности стремится сопереживать и подключаться, чтение этой работы оказалось странным и непривычным опытом отчуждения, где-то между равнодушием и экзистенциальной отрешенностью, с холодным носом, но вот уже два дня ни о чем другом я думать не могу.
На фото Ханна Арендт (с сайта monocler.ru)