⠀
Рассказы дядюшки Гоблина

И ещё немного о сумасшедшей матушке Андерсена:

Hans. Don’t get any funny window ideas, by the way. That reinforced glass cost shitloads.

Marjory. If I’d wanted to escape, I’d’ve escaped years ago.

Hans. Says you.

Marjory. I can’t leave until it arrives, anyway.

Hans. Until what arrives?

Marjory. My future.

Hans. Gobbledygook was the first signpost on my mum’s flightpath to the nuthouse, so you just watch yourself.

После раздвоения личности Хью Лори что угодно со словом «say» напоминает мне Энтони. И если «you can say that again!» значит «и не говори!», то «says you» — это «ага, рассказывай». В смысле, я тебе, конечно, верю... но нет.

А «gobbledygook» — это тарабарщина, непонятная или невнятная речь, один из признаков психических заболеваний. Слово произошло не от гоблинов, а от глупых индюшек — англичане птичье кулдыканье передают словом «gobble». А «gook» хоть и напоминает детское гуканье, на самом деле значит тупицу или сумасшедшего.

В пьесе Ганс пытал Марджори не хуже, чем белогвардейцы Поликарпа, поэтому запомнила я всё это вот так:

— Говори! Говори, говорю! Говори, кому говорят, говори! Говори, где танк!
— Не скажу!
— Обыскать!
— Ты что ж думаешь, гоблин белопузый, своими грязными кулачонками храброе сердце Кибальчиша взять? Никогда!
— А вот так? (достает купюру)
— Глупец! (берет купюру)
— Пойдешь через лес, к мосту, выйдет девочка... Девочку не трогай! Выйдет мальчик, вынесет танк.
— Зубы заговариваешь? Так я тебе и поверил! Хватит тарабарщину нести, а ну говори!

P.S. Реклама Билайна заиграла новыми красками.
⠀