Такое ощущение, что во всей Гаване всегда будет 1958 год, потому что кажется, будто город застыл в последнюю секунду капиталистического образа жизни, навсегда замер, как насекомое на высохшем лаке. 1958-й — это тот миг, когда на фасады домов был нанесен последний слой краски, когда в них в последний раз внесли новую мебель, когда в порт въехал последний американский автомобиль, когда на пол были уложены последние новые плитки.