«Есть ли военные хитрости для борьбы с любовью?» – горько сетовал он про себя.

Он пытался забыть облик девушки, но все чаще вставало перед ним прелестное лицо, в котором перемешались японские, европейские и индонезийские черты. Девушка эта не для тебя, уверял он себя; представь, говорил он себе перед сном, когда ты стал шоданхо и готовил мятеж, она еще лежала в колыбели. Между ними пропасть в двадцать лет – полюбуйтесь, без малого главнокомандующий, которому сам президент пожаловал генеральский чин, пасует перед малолеткой. И чем больше он об этом думал, тем сильнее страдал и тем глубже увязал в любви, как в трясине.

Эка Курниаван
«Красота – это горе»