Осенью 2019 года старший прапорщик полиции Алексей Смирнов расстрелял на станции «Рязанский проспект» сотрудников службы собственной безопасности УВД на Московском метрополитене. По версии следствия, оперативники хотели привлечь Смирнова к уголовной ответственности за взятку. В результате один из них, Максим Веялко, погиб, а второй — Алексей Лимонов — был ранен. Расстрелявший их Алексей Смирнов в настоящее время находится в столичном СИЗО №4 «Медведь», где дожидается суда присяжных. Что же произошло?

Отношения с начальством тогда откровенно не складывались: оно требовало составления как можно большего числа протоколов об административных правонарушениях для выполнения плана. Если план отдел не выполняет, его руководителей наказывает вышестоящее руководство.

К примеру, каждую смену начальство в лице ротного требовало с каждой станции на фиолетовой ветке проверить 100 человек по базе данных, оформить двух человек за распитие алкогольных напитков в неположенном месте, составить пять административных протоколов за курение и три — за нахождение в состоянии опьянения в общественном месте.

К этому полагалось обязательно добавлять факты пресечения таких преступлений, как кража. Сотрудника могли не отпустить утром со смены до тех пор, пока он не задержит и не приведет в отдел нарушителя миграционного законодательства. Конечно, все это абсолютно незаконно.

Сотрудники, которые не выполняли план в глазах ротного и затем в глазах руководства отдела автоматически становились изгоями. Таким отпуска давали только зимой, не выплачивали премии и не разрешали отгулы.

На этой почве и случались конфликты. Плюс сыграла свою роль ситуация с коллегой, которого я не стал оговаривать. В итоге меня держали в «неугодных».

Меня предупреждали, что лучше уйти — уволиться, однако я верил, что все будет хорошо, и никак не ожидал противозаконных действий против меня, в том числе со стороны отдела собственной безопасности (ОСБ).

Меня пытались задержать двое оперативников. Как я потом узнал, их фамилии — Лимонов и Веялко. Они подошли ко мне после того, как я проверил документы у некого приезжего из Узбекистана, которого я якобы отпустил за деньги. Я хочу подчеркнуть, что появление сотрудников ОСБ в тот день не было случайностью.

Меня буквально взбесила несправедливость ситуации — ведь денег у узбека я не брал. А получилось как: сотрудники ОСБ попросили меня пройти с ними в комнату полиции и стали осматривать мои вещи. Среди прочего осмотрели пачку одноразовых платков — денег там не оказалось.

А потом один из оперативников взял ее в руки, повертел как-то — и показал мне со словами: «Смотри, там деньги». Тут я словами не передам даже, что со мной случилось. Я достал табельный пистолет, а дальше просто ничего объяснить не могу. Я пришел в себя лишь после того, как закончил стрелять.

Хочу подчеркнуть, что сразу после этого я позвонил своему командиру и вызвал скорую помощь. А прибывшим полицейским и сотрудникам Следственного комитета России (СКР) сдался сам.

То, что я применил оружие при исполнении, — мое право: меня в тот момент никто не отстранял от исполнения обязанностей полицейского. Достав пистолет, я пытался предотвратить преступление сотрудников ОСБ.

За то, что выстрелил и несчастье произошло, — я готов отвечать.

https://youtu.be/hvEotXl59uc