Дэвиду Линчу сегодня 73 года. И это хороший повод вспомнить его фильмы, да и вообще все его творчество (ведь он еще и музыкант, художник, а также дедушка немного поехавший к старости на трансцендентальной медитации).

Из всех его фильмов я был выделил, пожалуй, «Синий бархат» (1986). Во-первых, потому что именно эта работа спасла карьеру Линча (после провала «Дюны»). И во-вторых, по той простой причине, что это первый пример узнаваемого линчевского стиля, сотканного из приемов нуара, странного юмора, мистики и запоминающейся музыки.

В «Синем бархате» Линч очень по-своему скрестил реалистическую тенденцию цветного кино 80х (с высококонтрастным цветом) с эстетикой нуара и немецкого экспрессионизма – тени, переходы от контрастного освещения к технике low key (дающей сложные тени на лица актеров), искаженные ракурсы и использование «голландского угла». Плюс Линч удачно использовал новые технологии зума в картине. Благодаря этому он воссоздал знаменитый коктейль их эротики и смерти, объединяющий надломленного сыщика, роковую женщину и тень, простирающуюся над ними.

При этом подобно всем хорошим нео-нуарам он сумел вписать черно-белую атмосферу в совершенно иной сеттинг. Например, вместо городских ландшафтов, тумана и воды (дождь, лужи, блеск ночной водной глади, доки и причалы и т.д.) – у Линча самая обыкновенная одноэтажная Америка. Консервативная и благопристойная настолько, что, заметив съемку жестких сцен, местные стали жаловаться, и режиссеру пришлось свернуть натурные съемки.

Кстати, еще одним важным элементом в создании нужной атмосферы стала музыка. Линч признавался, что это первый фильм, в котором он стал уделять ей особое внимание. Во многом благодаря знакомству с Анджело Бадаламенти. Последний писал саундтрек, многократно переслушивая Дмитрия Шостаковича (пятнадцатую симфонию ля мажор), под которого Линч писал сценарий. И многочисленные репетиции с актерами также неизменно проходили под музыку.