Бенни Картер был возможно самым разносторонним деятелем раннего джаза, и дело тут не только в количестве инструментов, на которых он играл, а ещё и в многогранности его музыки. За 15 лет, прошедших с момента его первых записей, Картер в своих композициях и аранжировках перепробовал, кажется все изобретённые на тот момент в рамках жанра приёмы. Он одинаково эффективно абсорбировал элементы прото-свинга Редмана/Хендерсона и чикагского стиля Hot Five, он конструировал виртуозные нагромождения звуков а-ля Хок и выдавал сдержанные линейные соло в стиле Преза. Вот только за всеми этими метаниями не нашлось места самостоятельному высказыванию. Никакого последовательно-выстроенного звучания у многочисленных составов оркестра Картера так по сути и не сформировалось. В результате к началу 40-х у него сложилась репутация талантливого, но не хватавшего звёзд с неба бэндлидера.

В этот самый момент он решился на шаг, определивший всю его дальнейшую судьбу, – он перевёз свой оркестр в Калифорнию. На Западном побережье он оказался востребован не столько в качестве руководителя оркестра, сколько в качестве создателя музыки к фильмам. Впрочем, и о джазе Картер никогда не забывал. В 1943 он сделал несколько записей для молодого лейбла Capitol, базировавшегося в Голливуде и уже договорившегося с профсоюзом музыкантов о приемлемых условиях. Самая интересная среди этих записей – Poinciana, популяризованная Гленном Миллером слащавая песня, которой аранжировка Картера даёт новую жизнь. Саксофоны создают атмосферу по-летнему жаркой истомы, неожиданная смена ритма в середине добавляет элемент экзотики, а короткая кода от самого Картера напоминает всем любителям альто, что ни Ходжесом единым был богат ранний джаз.

#Y1943 #bennycarter