Если третий Джон Уик представал эдаким неофициальным продолжением "Матрицы" как если бы сёстры Вачовски остались бы братьями, то четвёртая глава похождений Бабы Яги уже выглядит на означенную "Матрицу" злой пародией. Смурной Нео вновь сидит, навечно застрявший на станции метро Часовщика среди бомжей и окончательно одичавших с годами агентов Смитов. Сидит и ждёт своего поезда, отчётливо понимая, что никогда его не дождётся. Местные локации для очередной боёвки, по-прежнему изобретательные (особенно сцена с огненным дробовиком вид сверху), тем не менее отдают такой неизбывной тоской и безысходностью, что поневоле понимаешь, что Нео, в отличие от Джона Уика, как раз не ищет смерти, потому что умирал в этой компьютерной симуляции уже столько раз, что устанешь вспоминать. Это такой донельзя кровавый День сурка, в котором Джонатан уже будто бы и сам не понимает, зачем. Зачем вся эта резня, чтобы что? Чтобы замочить очередного французика? Или целую лавину очередных французиков? Я дерусь потому что дерусь, потому что жену, собачку, друга, кошку. мышку, вот это всё. Уже буквально еле переставляющий ноги в кадре Киану Ривз переодевается в очередной костюм, заходит в очередную церковь и снова бросается в бой, закончив очередной тупейший диалог про красивый рассвет. Господин режиссёр, оставьте уже этого персонажа в покое, пожалуйста. Позвольте ему умереть. #рецензии