В сети столько невероятных теорий, объясняющих смысл отечественного конституционного законотворчества, что еще одна не повредит.

Нежно любимая Е. М. Шульман упомянула знакомую китаистам вещь:
«… самое внятное разъяснение было от анонимного источника в одной из публикации «Коммерсанта» о том, что поправки в Конституцию закрепляют президентское наследие. Это, конечно, звучит несколько похоронно — Я еще не умер» — «Да мы еще и не приехали». … Но то, что это некий компендиум тех положений, которые отражают политическую личность действующего президента, похоже на правду. Можно ли это записывать всё в конституции — другой вопрос».

В чертогах разума всплывает текст Устава КПК, принятого с частичными поправками 19-м Всекитайским съездом КПК 24 октября 2017:
«КПК руководствуется в своей деятельности марксизмом-ленинизмом (👬), идеями Мао Цзэдуна(🐱), теорией Дэн Сяопина (🍾), важными идеями тройного представительства (💦), научной концепцией развития (🤓), идеями Си Цзиньпина о социализме с китайской спецификой новой эпохи (🧚‍♂️)»

Поясню: после ухода очередного поколения вождей в Устав вносили поправку с упоминанием «девиза правления» - фиксация идеологического наследия в общий коммунистический котел. Что происходило дальше? Да ничего - новое поколение с улыбкой кланялись старцам и показывали ручкой. На заборе тоже, знаете ли, много чего написано.

Искренне надеюсь, что в нашем случае все будет в том же ключе. И спустя пару лет об этом юридически неграмотном дюдике можно будет забыть💆‍♂️