Милый Алексей Николаевич, наконец я, пройдя огонь, воду и медные трубы, водворился в Москве и сижу тихо и смирно за своим столом. Помышляю о грехах, мною содеянных, о тысяче бочек вина, мною выпитых, о визитах своих к Галкину и проч., и проч. В один месяц, прожитый мною в Питере, я совершил столько великих и малых дел, что меня в одно и то же время нужно произвести в генералы и повесить.

Готовлюсь к Сахалину и читаю всякую чепуху, к нему относящуюся. Я еду — это решено бесповоротно. Уеду в апреле, когда вскроется Кама; стало быть, до отъезда я ещё успею надоесть Вам своими письмами.

Прочел я своего «Лешего»... Вот что решил я. «Леший» будет ещё раз прочитан, исправлен и послан в «Северный вестник». Да будет исполнено желание Ваше! Пришлю я пьесу около 20-го февраля с убедительной просьбой — если она не понравится, возвратить мне её назад для уничтожения.

В Москве гостят Суворин и Григорович. Первый приехал сюда отдохнуть, а второй получил какую-то командировку.

Видел я «Федру». Хорошо, но скучно. Вообще в Москве скучно...

Мои все шлют Вам сердечный привет. Я крепко обнимаю Вас и благодарю за радушие и гостеприимство. Благодарность сию разделите со всею вашей семьей, которой я низко кланяюсь. Будьте счастливы и здоровы...

Ваш А. Чехов.

📩 А. Н. Плещееву
🗓 10 февраля 1890 г.
📍 Москва