Знаешь, уважаемый читатель, когда я начал изучать данный предмет, то мне стало искренне обидно. Да, именно так: обидно! Весь век восемнадцатый в Европе только и говорили: «прусская муштра» и прочее, будто не видя что творится в одном островном государстве. Все кому не лень распылялись своими письменами в сторону сурового прусского порядка, обвиняя отца и сына Гогенцоллернов в том что «машинальность» их войск достигается жестокими наказаниями, но видеть то же самое у англичан никто не хотел. Быть может, конечно…