Черная магия, мистика, американский шпион и тайная лаборатория КГБ (лонгрид в четырех частях) Ч.3. Мне посчастливилось отыскать на сайте ЦРУ рассекреченный в 2010-х гг. доклад Томаса Гамильтона «Советские и восточноевропейские парапсихологические исследования» от 1977 г. Как сообщается в докладе, исследования проводились тайно под прикрытием публикаций в прессе о ненаучности парапсихологии. Любые открытые публикации в научных журналах были запрещены. Засекреченные исследования охватывали практически все области парапсихологии, но особое внимание уделялось тем направлениям, которые, по мнению советской стороны, имели наибольший потенциал для использования в разведывательных и военных целях. К ним относятся ясновидение (дистанционное наблюдение) для получения разведывательной информации об удаленных объектах, недоступных другими способами, телепатия для дистанционного воздействия на физическое и/или психическое состояние людей и телепатия для создания тайных, возможно, необнаруживаемых каналов связи. Также к ним можно отнести психокинез, позволяющий влиять на работу удаленных электронных схем. Центром тайных исследований являлась Москва. Министерство обороны и, возможно, КГБ финансировали часть программы, при этом КГБ играл доминирующую роль в контроле и координации исследований. Наиболее значимые исследования в 1960-е годы проводились под руководством Д.Г. Мирзы и С.Г. Геллерштейна. Их деятельность, охватывавшая широкий спектр прикладных парапсихологических исследований, как полагают, поддерживалась Министерством обороны на трех "исследовательских" объектах. Эти три объекта (М1, М2 и М3) образовывали функциональную единицу, что позволяло разделить людей и исследовательские проекты на отдельные уровни секретности и безопасности. Объект М1 (на Таганке) представлял собой небольшую лабораторию, на базе которой можно было проводить встречи и оценку потенциальных сотрудников и заявленных экстрасенсов, не раскрывая ни масштабов секретной программы, ни ее персонала. Серьезные прикладные исследования в этой лаборатории не проводились. Лаборатория М2 (под эгидой Института передачи проблем информации) была более крупной, чем М1, и в ней работали компетентные, серьезные исследователи, деятельность которых контролировалась КГБ. Наличие объекта М2 позволяло проводить серьезные, но несекретные исследования, не подвергая секретные проекты опасности попадания в поле зрения несекретного персонала и не требуя предоставления допусков большому числу дополнительных сотрудников. Объект М3 (институт на Воробьевых горах), укомплектованный техническим персоналом и исследователями, ориентированными на прикладные задачи ясновидения, телепатии и йоги, служил базой для проведения тайных исследований. Как сообщается, исследовательская деятельность и существование объекта рассматривались как информация ограниченного доступа. Исследовательские данные, полученные в M2, и полезный опыт, полученный в M1, регулярно предоставлялись исследователям в M3, и, следовательно, их деятельность могла быть направлена на более эффективное и непосредственное проведение продуктивных исследований. Кроме того, секретный статус института в сочетании с материально-технической поддержкой и "политическими" полномочиями КГБ и Минобороны давал исследователям широкую свободу действий в достижении своих научных целей. #память