Интернационал должен стать реальностью 1.<…> После учебы в Японии в 1984 г. я впервые прочитал автобиографию Малкольма Икса (борец за права чернокожих, убит членами "Нации ислама" в 1965 г.). Из-за его писем из Мекки тень Мекки начала двигаться по направлению ко мне и мерцать, как сигнал. Мекка явно обладала необычной силой и только и ждала, чтобы ее достиг кто-то, кто нуждался в просветлении. Хотя мысли в тот момент были туманны, одно было твердо. Я подумал, что однажды, если мне удастся достичь Святой земли Мекки, я буду стремиться к такому же вдохновению, как и у Малкольма Икса, приносящему столь большие перемены в самом себе. Что представляла собой его переписка из Мекки, каковы были его собственные обстоятельства и какого рода вдохновение он получил – я ничего об этом не знал. Но меня невероятно тянуло к нему, а не к Ибн Араби, и я интуитивно понял, что именно он – мой пример для подражания. Чтобы отправиться в великое место, нужен особый вид руководства. Так и случилось, не благодаря моему мусульманскому наследию хуэй из Шаньдуна, а благодаря чернокожему американцу Малкольму Иксу, Мекка стала для меня ближе. Чтобы достичь духовного места, также требуется особый момент. За это время даже жизненные перипетии изменились несколько раз! Столько жестоких переломов, столько сотрясающих землю событий. Передо мной, слабым, передо мной, невежественным, не только миграция крестьян на работу в города и раскол интеллигенции, но и куда большее – серия войн, развязанных крестоносцами во главе с Соединенными Штатами. Западная демократия, которой люди завидовали, внезапно изменила свое лицо: пытки заключенных водой, массовые убийства беспилотниками, прослушивание премьер-министра, инсценировка серийных взрывов – теперь это был их ежедневный телеурок по воспитанию маленького человека. Международный капитал развязал финансовый рэкет, и даже Манхэттен, гнездо денежного фетишизма, призывал к революции, "против того, чтобы один процент обирал девяносто девять процентов". Война казалась бесконечной, ее разжигали "торговцы смертью", продавцы оружия. Глобальный политический сговор, искажение добра и зла и ложь в общественном мнении каким-то образом захватили мир. Мир полностью изменился. День за днем средства массовой информации говорили с американским акцентом и активно участвовали в глобальной пропагандистской войне. Интернет разжигал этническую дискриминацию, извергая невыносимо злобную и низкую клевету. Лишенный того освежающего состояния души, которое было у меня, когда я впервые прочитал Малкольма Икса, я успокаивал себя стойкостью. Я учился. Со школьных времен до студенчества за рубежом я никогда не работал так усердно. Живя в то время, я уделял внимание лишь тому, чтобы отшлифовать каждый росчерк пера. Но с каждым днем тяжких испытаний хадж становился все более популярным. С одной стороны, нарастала волна хаджа, а с другой – в нем участвовали самые разные люди. Я наблюдал, мало говорил, но принимал новости с открытым сердцем. Он был еще очень далеко от меня, и я еще не был готов. В 2012 г. я закончил переписывать "Историю души" и не только напечатал ее, но и пожертвовал полученные 100 000 долларов лагерям палестинских беженцев на Ближнем Востоке. В 2013 г. я напечатал 100 000 экземпляров в мягкой обложке и распространил их среди народа. В 2014 г. я завершил ритуал в память 20-й годовщины смерти моей матери и 50-й годовщины смерти моего отца. Тысяча километров до моего родного города, нескольких поездок, наконец дело было завершено, и на обратном пути из Шаньдуна я почувствовал, будто камень с души свалился, – и одновременно, что я готов. В следующем, 2015 г., два тома собрания сочинений также были кое-как изданы. На этот раз я ясно почувствовал приближение возможности. В глубине души я понимал, что не только от меня зависят успех или неудача. Необходима была еще и сила. Впереди было много неопределенностей, много препятствий и демонов на пути. Эта мощная, всепобеждающая сила – придет ли она? Я не знал, я всегда ожидал неудачи. Беззвучно и невольно это постепенно превратилось в печальную мечту. Продолжение следует…