Задолго до того, как российские любители хоккея массово посходили с ума, начав считать Дарюса Каспарайтиса талантливым защитником, НХЛ успела повидать десятки, если не сотни, надёжных оборноцев, наделенных умением проводить точные и сокрушительные силовые приемы. Крис Пронгер, Роб Блейк, Скотт Стивенс, Крис Челиос и Рэй Бурк, возможно, обладали слишком звездным статусом, чтобы всерьез их сравнивать с кем-то наподобие Каспарайтиса. В таком случае, всегда можно "обратиться" к таким менее сдержанным и менее же статусным хоккеистам как Дион Фанеф, Никлас Кронвалл или Рич Пилон.
Сегодняшний именинник был где-то посередине. Он безусловно не дотягивал до элитного уровня своих более поздних коллег в лице Стивенса или Челиоса, но и ненадежных/неразумных действий (отличавших того же литовца) в его исполнении летопись до нас тоже не донесла.
На стороне Лео Бойвена безусловно было умение хорошо читать игру. И гравитация. Совсем невысокий даже для своего времени, он обладал низким центром тяжести. Газеты образца годов его выступлений за Бостон иногда упоминают вес Лео — в районе 90 килограммов, чего более чем хватало для того, чтобы сокрушать даже тех соперников, которые заметно превосходили его в габаритах. Из всего перечисленного становится понятно, что прилипшие к нему клички "Пожарный Гидрант" и "Танк Шерман" тоже появились не просто так.
В 50-60-е годы в НХЛ бытовало выражение "Оказаться между двух Б", означавшее печальную ситуацию, когда кто-то попадался между бортом и Бойвеном. Что удивительно — в большинстве случаев силовые Лео оставались чистыми. Он отслеживал соперника, и встречал его излюбленным хипчеком, при этом не теряя позицию и оттого в итоге завладевая шайбой. Чаще всего к такой последовательности действий не имел претензий ни тренер Бойвена, ни арбитр матча. Забавно, но Лео, оставаясь классическим домоседом, иногда позволял себе короткие вылазки в среднюю зону и зону атаки, что приводило к еще более неприятным последствиям для соперников. Многие заметки того времени описывают ситуации, в которых противники, пытающиеся отобрать шайбу у набравшего скорость Бойвена, оказывались в том же положении, что и при встрече с ним перед собственными воротами — поверженными на лед. Генеральный менеджер Бостона тех лет Линн Пэтрик говорил, что в этом Лео был похож на своего предшественника, легендарного Эдди Шора. От того соперники тоже отскакивали, когда он принимал решение, что пора присвоить шайбу и отправиться в атаку.
Однако всех этих историй про Бойвена и его силу, наводящую ужас на игроков НХЛ, могло и не случиться. После того, как по результатам первого в его карьере тренировочного лагеря, ему не удалось попасть в основу Мейпл Лифс, 19-летний Лео уже собирался вернуться в свой маленький городок, где он совмещал работу электриком с вождением грузовика. В итоге, Конн Смайт все же смог уговорить его остаться, и провести год в Питтсбурге — фармклубе "Листьев". На следующий сезон Бойвен уже смог закрепиться в основе Торонто, заменив Билла Джузду и став тем самым партнером Фёрна Флэмена по второй паре обороны.
С этого момент начинается история преемственности в карьере Лео. Флэмен, проводивший на тот момент 9-й сезон в Лиге, уже был известен, не только как самый опасный боец своего времени, но и как один из самых жестких защитников в целом. Несмотря на то, что Бойвен был равнодушен к дракам, умение Ферна уничтожить накатывающегося соперника силовым не оставило молодого Лео равнодушным. За два совместных сезона в составе "Листьев" Флэмен и Бойвен не раз оставались после тренировок, отрабатывать силовые друг на друге. Спустя пару лет, когда они оба (почти одновременно) перебрались в Бостон, Лео продолжил эту традицию уже с Бобом Армстронгом. Стараясь не попадать друг другу в колено, они часами оттачивали хипчеки один на другом. По прошествии без малого десяти лет, Бойвен уже сам передавал секреты своего ремесла молодежи, как когда-то ему их передал Флэмен. В первой половине 60-х в команде появились Эд Уэстфолл с Тэдом Грином, и именно Лео прививал им навыки жесткой игры.
