Часть V Добавим сюда различные ведомственные спецназы, ЧВК и получим очень пёструю “чересполосицу” батальонов и батальонных тактических групп, полноценно и адекватно управлять которой в реальном времени с имеющимся в ВС РФ уровнем культуры ведения боевых действий было невозможно.   Казалось бы, по итогам первых 7 месяцев СВО, резюмированных Изюмской катастрофой, ВС РФ должны были сделать вполне очевидные выводы – нужно воевать полноценными подготовленными полнокровными устойчиво управляемыми боеготовыми соединениями с артиллерией и тяжёлой техникой, а толпы случайных неподготовленных людей с автоматами в современных условиях боевой ценности особо не представляют. Но таковых выводов не последовало. Наоборот, все предпринятые официальным руководством шаги ведут в противоположную сторону. Во-первых, “снарядный голод” не остановил наступательный порыв российских штабов. Лишившись прежней мощи артиллерийских ударов, ВС РФ с удвоенным усердием принялись истреблять донецкую и луганскую пехоту вместе с остатками бронетехники в “штурмах” украинских позиций на фронте от Марьинки до Кременной. Слово “штурм” вместо тщательной подготовки и организации стало синонимом “индульгенции” на их полное отсутствие. Потери? Ну так у нас же штурм! Не получилось? НО У НАС ЖЕ ШТУРМ! Надо просто ещё раз повторить! В том же месте, тем же путём, с тем же уровнем “подготовки”. Когда “штурмовая пехота” стала заканчиваться, в эту самую “штурмовую пехоту” начали переводить артиллеристов, а в качестве бронетехники придавать “лысые” танки, без динамической защиты или МТ-ЛБ (легкобронированные артиллерийские тягачи с пулемётом). Всё это поставило крест на восстановлении боеспособности  наиболее опытных и мотивированных подразделений ВС РФ – 1 и 2 АК НМ Республик Донбасса. На протяжении прошедшего года ни полки, ни бригады НМ не выводились на отдых, пополнение и переобучение, так что качество рядовых “штурмовиков” опустилось местами до полного неумения куда-то попасть из автомата, неумения грамотно пользоваться групповым (АГС, СПГ, ПТУР) и штурмовым (реактивными огнемётами РПО-А “Шмель” и РШГ) оружием. Во-вторых, полноценный учебный процесс и для мобилизованных россиян тоже не был обеспечен. Первоначально мобилизованные из РФ стали направляться не только и не столько на пополнение потрёпанных регулярных соединений ВС РФ, сколько на формирование “стрелковых полков” со штатами, полностью аналогичными мобилизационным подразделениям НМ Республик, комплектуемых таким же мобилизационным комсоставом. Реальная околонулевая самостоятельная боевая ценность таких частей в современной войне была продемонстрирована Изюмским наступлением противника, однако это не помешало руководству ВС РФ повторить “мобилизационные мероприятия” в РФ по тому же сценарию, что в Республиках. Только после нескольких “погромов” учинённых таким частям противником, а также по причине острого дефицита личного состава в реально воюющих частях НМ ЛНР и ДНР “стрелковые полки” мобилизованных наконец-то стали “раздавать” по частям во вливаемые в ВС РФ республиканские полки и бригады, ведущие постоянные “штурмы”. И оказалось, что “мобики” из РФ в среднем к такой войне тоже нормально не подготовлены — на “штурмы” пошли люди, ни разу не бросившие гранату на полигоне. Да и как можно подготовить людей к “штурмам”, проводимым по описанным выше принципам? Как бы виртуозно не обращался пехотинец с автоматом и гранатой, он не сможет компенсировать отсутствие нормальной работы тяжёлого группового пехотного вооружения, отсутствие артподдержки, нормальной связи и управления. Источник: КЦПН Продолжение ниже