Как всё это напоминает Белоруссию. Титульный язык нацреспублики объявляется родным для всех, хотя родной это первый усвоенный в детстве язык. Но русский язык просто лишается права быть родным, он слишком общий. В около гос. учреждениях (НАН в РБ, ДУМ РТ в Татарии) начинает цвести антирусский национализм при тихой поддержке властей. Такие места становятся кормушкой для прошедших под радаром, наиболее хитрых радикалов, которые ненавидят Россию и русских. При этом данные учреждения имеют формальные и неформальные возможности для влияния на языковую, национальную и культурно-религиозную политику республики. Нам говорили, что нацреспублики это фигня, условность, нападки на русских это смешно. Якобы идёт русификация, хипстеризация, оцивилизовывание титульных нацменов. Фактически же нацреспубликами взята на вооружение тактика Прибалтики, Украины или Белоруссии — принятие за стандарт наиболее радикальных, антирусских форм идентичности, поощрение, возвышение носителей такой идентичности, пока она не становится неформальным стандартом. Политика республики приводит к тому, что выделяются и попадают в свет прожекторов титульные, которые наиболее отличны от русских по внешнему виду, одежде, языку, акценту, поведению. Которые даже среди своих являются наиболее крайними, а для русских так откровенно чужды. Символика и догмы, ассоциирующиеся с такими национально и религиозно осознанными, начинают неформально продвигаться через визуальную среду, мероприятия, культурные инициативы. Открываются курсы, семинары, тренинги. Появляются радикальные медиа, типа Миллиард Татар, которые маскируются под умеренные. Например, в этой онлайн-платформе вместе с языком в комплекте идёт культурно-исторический и религиозный пакет: этикет беседы и знакомства, темы семьи и дома, исламская этика. Всё это татаро- и исламоцентричное, призванное вызвать идеи превосходства татар и ислама над русскими и христианством, необходимость построения суверенного татарского этнократического государства. Всё это начинает трансформировать республику в чужеродную для русских среду. Титульные радикалы, получив поощрение от местных властей и от иностранных фондов, ширят свои ряды, создают полу-закрытую тусовку, где маркерами свой-чужой служит национальная и религиозная символика. У радикалов появляется большая прослойка сочувствующих — ведь их символика и догмы продвигаются и государством. Не желающие принять новую татаро-исламскую идентичность, в данном случае русские и совсем обрусевшие татары, начинают подвергаться презрению, насмешкам, микро-агрессии и травле: как же, ты национальный и религиозный предатель. Для обрусевших татар предлагается демонстрировать лояльность возникшему институту татарских националистов и исламистов при помощи перенятия манер, языка, символики, ритуалов и отношения к русским у радикалов. Русским предлагается уехать или быть убитыми — в конечном итоге. Разумеется, до такого дойдёт, только когда вырастет новое поколение. Но в Белоруссии от тихих выборов 2015 до вышедших в 2020 сотен тысяч людей с бело-красно-белыми флагами, символикой радикалов, понадобилось всего 5 лет активной мягкой белорусизации. Через 5 лет мы уже не узнаем Татарстан, Башкортостан, Чечню, Дагестан, Тыву, Бурятию. Но когда они станут жёсткими этнократиями с русскими - неформальными негражданами — мы привыкнем к этому, как привыкли сейчас к вездесущим ваххабитским бородкам, ежедневной резне, как проглотили батальоны нацреспублик и объявление ислама одной из традиционных религий РФ.