Вообще, как ни странно, в обществе убийство осуждается не по количеству жертв, а по влиянию на психику самого убийцы. Вертолетчика, который ебанул ПТУР по сараю и убил там, скажем, 10 детей, никто маньяком считать не будет. Большая сепарация между жертвой и агрессором. Даже если он сделал это, допустим, намеренно: зная, кто там прячется. А вот того, кто живьём снимет кожу с одного человека, мы уже считаем ебнутым, а может и недостойным жизни. Хотя жертв в первом случае было больше, казалось бы. Но для нас почему-то важен способ, степень сепарации, жестокость. Нам важно, что происходило у человека в голове, когда он это делал. Вертолётчик жал кнопку и держал придельную марку, а вот второй.. Поэтому, когда наши нервно реагируют на отрезание яиц, не надо их осуждать. Им не жалко хохлов. Никому не жалко хохлов. Это не про потерпевших, это про нас, про нашу целостность психики и мораль. Просто это естественно — не хотеть, чтобы жестокие, отбитые люди были рядом, чтобы в обществе такое становилось нормой. Даже если на войне это рутина. Ну и если бы с нашей стороны такие видео появились сразу после видео от украинцев с русскими пленными, в феврале — никто бы и слова не сказал. Нам нужно запрягать быстрее. Ну и главное, если подобное насилие и должно быть, то оно должно быть системным и организованным, а не инициативой на местах, особенно каких-то бурятов. Иначе это смотрится как бессилие и слабость. Проблема в другом — многонационализация РФ подталкивает русских к суровому выбору: заново осваивать самое жестокое насилие, либо постепенно погибать от ножей многонационалов.