Божена Малашенко взялась за старое: сводит счеты, теперь уже с Павлом Ивлевым. ruinvestigation.wordpress.com/2023/05…12/ivlev У меня тут в Латвии есть соседушка - адвокат Павел Ивлев. У него в Латвии фирма. Называется Feldmans. Я все думала, чем эта фирма с оборотом 53 тыс евро занимается, и вот недавно тайна раскрылась: с подачи Ивлева ФБК поддержал просьбу о снятии санкций с Авена и Фридмана. Лоббизм, то есть. Ну ок. Эти два титана - Фридман и Авен - почему-то верят, что Ивлев может снять с них санкции в Америке и в Латвии, хотя все мои серьёзные контакты уверены, что таких ресурсов у Ивлева нет. К моему огромному сожалению, Леня Волков доверяет Ивлеву, и я хотела бы обратить внимание Леонида на облико морале этого человека. Ивлев безобразно вел себя после смерти Игоря и намерено и АНОНИМНО прилагал усилия, чтобы загнать меня в гроб. Преамбула: всегда поражали мальчики, которые не предусматривают право девочек на сдачу. Я неоднократно предупреждала, что не прощаю подлости в свой адрес, а к мужской подлости я отношусь особенно нетерпимо. Я адепт секты обязательного сведения счетов, и верю, что только обратка отбивает охоту обижать. В моей жизни был страшный момент, когда я обессилила в ноль, умирала, и счеты сводить не могла. Первый месяц после гибели Игоря. Сначала была серьезная попытка суицида, огромная доза медикаментов. Потом реанимация в Испании. Потом больница в Москве. Это был страшный удар. Жить мне отчаянно не хотелось. Раненый зверь притягивает хищников и мерзавцев. Еще Каренин понимал, что люди, видя его несчастье, загрызут его. И вот в это страшное для меня время мерзавцы как раз и активизировались. Чудовищную пляску на костях устроила Лена Гусинская, но я уже зла не держу и счеты сводить не буду, - жизнь свела за меня, жизнекрушение не миновало и ее. А вот второго негодяя я опубличу сейчас. Время наконец-то настало, руки дошли. В первый месяц гибели Игоря, когда я лежала в больнице после попытки суицида юрист Павел Ивлев АНОНИМНО дал интервью говноедской прессе Московский Комсомолец. Особой пикантности добавило истории то, что глава МК Гусев был любовником Гангрены - бывшей жены Игоря. И об этом знали все. Евгений Иванович Малашенко году в 1984 преподнес невестке путевку в Рим. В этой же группе был и Павел Гусев, тогда тоже женатый. Невестка, с места в карьер, принялась изучать отнюдь не римскую скульптуру. Павел Ивлев НИКОГДА не был другом Игоря. Поэтому все отмазки "я хотел сказать правду о смерти друга" это халоймес. Они были просто знакомы. И к тому же, когда люди хотят сказать правду, они говорят ее от своего лица, а не АНОНИМНО. И в приличных изданиях. Итак, повторяю, с Ивлевым Игорь не дружил. Кандидатуру Ивлева на роль нового адвоката предложила я. Ивлев бывал в Юрмале. Я старалась окружать Игоря общением. До этого, когда мне пришлось по делам Игоря уехать из Юрмалы в Москву - документами Игоря заниматься - я предлагала Игорю хоть с кем-то увидеться, чтобы не киснуть дома. Ну, говорю, вот Ивлев здесь, ну хоть с ним пойди поланчуй, ну нельзя же все время дома лежать. Сам Игорь относился к Ивлеву с легкой брезгливостью. На встрече с Ивлевым мы обсуждали и бракоразводные дела Игоря, и проблему с его завещанием. Я неоднократно объясняла Игорю, что его бывшей семье он нужен мертвым, а не живым, что завещание делает его жертвой, и он должен сделать все, чтобы им было не выгодно его убивать. А именно - переписать завещание хоть в пользу Оксфорда или Канцер Фондейшен, уведомить детей об этом, и сказать, что он возобновит завещание, только если выйдет из процесса раздела имущества живым. К тому же у Игоря был непонятный для него самого офщор в Делавере, и мы хотели прояснить, чего с этим делать. Мы встречались с Ивлевым, как с юристом. Не как с дружбаном, ибо дружбаном нашим он не был никогда. Ивлев, нарушив все законы, этику юриста, обязанности адвоката вынес наш деловой разговор на публику, и, что особенная ПОДЛОСТЬ, сделал это анонимно. Даже ласковые слова между мной и Игорем вынес. Напомню, Ивлев, типа оппозиционер.