Владимир Спиваков больше не является худруком фестиваля в Кольмаре, который возглавлял с 89-го.
Он это воспринимает, как предательство. А Героине кажется, что предательство — засунуть язык в задницу, а голову в песок и отсиживаться у себя во Франции, страшно страдая. Предательство себя самого.
В смысле, у Владимира Спивакова есть всё для того, чтобы говорить, как он реально думает и чувствует, относительно происходящего: мировое имя, разнообразная французская недвижимость, деньги, которых хватит до конца жизни, даже если он больше не даст ни одного концерта, наконец, крепкая дружба с семьей Арно (LVMH). Ничего из этого родина не сможет у него отнять. Отнять могут Дом музыки, уволить из созданных им оркестров — это могут.
Прикрываться соображениями типа «как же будут жить музыканты моих оркестров без меня» — это немного стиль Филиппа Киркорова, который считает, что он центр солнечной системы, и все вокруг него крутится. Но музыканты вообще взрослые люди и наверняка будут жить нормально, выберут себе нового руководителя…
