🔬Еще сто лет назад злокачественным могло быть что угодно. И кто угодно Со словом «злокачественный» вышла любопытная история: за двадцатый век оно драматически сузилось по значению. Как вы, наверно, знаете, сейчас его используют почти исключительно в медицинском смысле — злокачественными (и, соответственно, доброкачественными) бывают опухоли и образования. При этом мой беглый контент-анализ по Корпусу русского языка показал, что этот онкологический контекст слова окончательно установился лишь в пятидесятых-шестидесятых года прошлого столетия, примерно во время оттепели. А появился он в принципе — применительно к опухолям— в 1890-х и был популяризирован газетами накануне первой мировой газетами и лекциями Павлова и этюдами Мечникова. До этого медицинский узус слова «злокачественный» был максимально широким. Видимо, потому что умирали от всего. Я выписал следующие врачебные слова, которые следовали за этим определением: лихорадка, скарлатина, горячка, болезнь, зараза, тиф, нагноение, волдыри, нарыв, веред, нарост, сыпь, пот, оспа, струпья, рана, припадок, карбункул, фистула, анемия, инфюэнца. При этом в двадцатых-сороковых годах еще по нисходящей инерции сосуществовало старое, более широкое употребление этого эпитета. Так «злокачественными» могли быть: евреи (1910), демонстрации (19110, мысль (1921), ловчилы (1925), патриоты (1928), идея (1930), обман (1932), продукт троцкизма (1933), синкопа (1934), молва (1936) и даже — идея, что все позволено (1947). Это эхо литературных традиций XIX века. В русской классике злокачественным могли назвать буквально кого угодно и что угодно • Например, у Гоголя — злокачественный дворянин. • Достоевский вообще любил явно это определение. У него злокачественный не только насморк, но еще — господин, независимость, ссора, женская фигура, а также перемена лица Гани (в «Идиоте») и оборот, принимаемый делом. • У Гончарова — злокачественная новость. • У Добролюбова — злокачественные выписки. • У Островского — мужчина. Аналогично у Некрасова в стихах («Муж злокачествен, подл и плешив») • У Чехова — проституция. И женщина («Женщина с самого сотворения мира считается существом вредным и злокачественным). Почему слово так сузилось по контексту использования, сказать сложно. Можно было бы списать на советскую власть: но процесс явно начался еще в 1910-х и происходил параллельно и в эмигрантской литературе (например, у Набокова в сиринский период). Если у вас есть идеи, пишите в комментариях.