В 1934 году Марина Цветаева уравняла два очень разных вида существ:

В «Курьере» [газета] были эльфы, то есть сильфы, и они кружились на поляне, а молодой человек, который ночевал в копне сена, потому что его проклял отец, вдруг влюбился в самую главную сильфиду.

В 1998 году ту же штуку проделал и Андрей Вознесенский, когда говорил о Майе Плисецкой: «Ах, эти эфирные эльфы, эфемерные сильфиды всех эпох!»

Давайте разберем, почему они оба были не правы.

(1) Эльфы — как известно, древние существа народной мифологии. Сильфы же ровесники Ивана Грозного и вполне имеют своего автора.

В XVI веке после смерти Парацельса вышла его книга, где известный алхимик доказывал, что существуют духи земли, воды, огня и воздуха — соответственно, гномы, ундины, саламандры и сильфы.

Откуда Парацельс взял это слово, неизвестно. Скорее всего он составил вместе два слова sylvestris (лесной) и nympha. Но, может, и просто придумал его.

(2) В 1670 году вышел «Граф Габалис» — книга аббата де Виллара, французского мистика, где он изложил всяческие «тайны» алхимиков, розенкрейцеров и масонов, то есть в том числе и пересказал для широкой публике Парацельса.

Известно, что «Граф Габалис» имел мощное влияние на западноевропейскую литературу следующих 200 лет — от Александра Поупа, который написал в 1717 году Rape of the Lock («Похищение локона») до Шарля Бодлера и Анатоля Франса.

Словом, сильфы, а также ундины и саламандры заполнили литературный рынок Европы в XVIII веке. А аббата де Виллара, кстати, закололи разбойники.

(3) Русская культура подхватила сильфов и сильфид (допридуманный феминитив!) оперативно.

Например, у Державина:

На ветвях своих качают
Теплы, легки ветерки;
Сильфы резвятся, порхают,
Зелень всюду и цветки

(4) Плавно это перетекло в золотой век русской поэзии. Сильфов мы находим буквально у всех: у Батюшкова (сильф прекрасный… о Душеньке бренчит), у Кюхельбекера (он явится в лугах сильфидою прелестной), у молодого Тютчева (где приютилась сильфида моя) и у Пушкина (нежным взором вы Армида, легким станом вы Сильфида).

(5) В 1832 году в Париже вышел балет «Сильфида» по модной новелле о духе воздуха — все это логически вытекало из пункта (2). В 1837 году суперпопулярный балет поставили и в России.

(6) В середине XIX века в русской прозе довольно много сильфов и сильфид, так как образованная публика знала их по причинам (3-4) и (5): у Гончарова в «Обрыве» и «Обыкновенной истории», у Чернышевского в статье, у Тургенева в «Дворянском гнезде», у Салтыкова-Щедрина в «Истории одного города» и так далее.

(7) В 1909 году в дягилевских русских сезонах поставили балет Фокина «Шопениана» с адаптированным для европейского зрителя называнием Les Sylphides. Для полноты ощущения отчасти ремейка балета 1832 года из (5) даже костюмы воспроизвели по литографиям.

(8) «Сильфиды» были хитом во Франции, а затем и в Большом — как до, так и после 1917 года. Поэтому у писателей и поэтов Серебряного века — новый бум сильфов. Мы находим их у А.Белого, Гумилева, Чуковского, Эренбурга, Вагинова, Мережковского.

И даже у (!) Маяковского в «Бане» (1930): Это вы хорошо заметили — сильфиды. Надо открыть широкую кампанию. Да, да, да, летают разные эльфы… и цвельфы [придуманное слово].

Марина Цветаева тоже уравняет эльфов и сильфов всего через несколько лет после. Это и не удивительно. Ведь алхимические таинственные духи воздуха свелись в итоге к каким-то крылатым балеринам, сказочным миниатюрным существам вроде эльфов. [Парацельс сделал бы фейспалм, думаю]