Читаю «Луч света» Добролюбова и думаю, что отсутствие фейсбука не мешало русским интеллигентам изящно сраться. Но в большей степени про слово «фетишизм».

I.

У Добролюбова так: «сколько зла причинили человечеству нелепости фетишизма и всякого рода космогонические бредни, а потом астрологические и каббалистические мистерии».

«Фетишизм» здесь не просто так.

Добролюбов пишет статью, которой до сих пор мучают школьников в 1860 году. До этого слово «фетишизм» употреблялось лишь дважды (по КРЯ): у Дружинина и Чернышевского.

Почему именно эти люди ввели понятие фетишизма в наш язык? Все просто — это как сейчас бросаться словами «симулякр» и «дискурс». Маркер публичного интеллектуала.

Понятие фетишизма предложил в XVIII веке француз Шарль де Бросс, описывая реакцию туземцев на случайные предметы. Фетишизм означал именно простую форму слепой веры — в камень, ветку или амулет.

В 1840-х годах в немецкой философии развернулась масштабная дискуссия о религиозном фетишизме между Комтом и Фейербахом, за которой, конечно, следили и названные выше ребята.

Следил за ней и Карл Маркс. Считается, что идея «товарного фетишизма» в «Капитале» (1867) вдохновлена ею же.

II.

В сексуальном контексте слова «фетиш» и «фетишизм» появляются лишь в 1920-х годах — и то, в медицинских книгах.

До этого они использовались лишь в смысле слепого обожествления. Сперва больше у «левых» (добавьте Герцена), но потом и у прочх:

— благоговели перед ним, как перед фетишем: «Подросток» Достоевского;
— язычников (фетишистов): статья Лескова;
— новейшие фетиши, заменившие старых идолов: Победоносцев;
— нет веры, нет фетишей: статья молодого Чуковского;
— в сатанизме есть грубое поклонение фетишу: «Петербург» Белого.

И еще несколько примечательных цитат после революций.

— у Вернадского: сейчас же создается утонченный фетишизм, т.к. борьба против Бога принимает форму замены одного суеверия другим.
— у Шаляпина: если известный политический режим подавляет мою свободу, насильно навязывает мне фетиши, которым я обязан поклоняться, хотя бы меня от них тошнило, то такой строй я отрицаю — не потому, что он называется большевистским или как-нибудь иначе, а просто потому что он противен моей душе.

III.

Ну и последнее. Про ударение. Фети́ш — ударение на последний слог. Прежде это соблюдалось строго.

У Тютчева:

Напрасный труд ― нет, их не вразумишь, ―
Чем либеральней, тем они пошлее,
Цивилизация ― для них фети́ш,
Но недоступна им ее идея.

У Пастернака:

О ссадины вкруг женских шей
От вешавшихся фетишéй!

У Волошина:

Всё золото, весь тлен идей,
Блеск всех великих фетишéй

Но в новейшее время стали появляться и стихи с неправильными ударениями.

Например, у Евтушенко:

Без спросу превращая Фета в фéтиш,
бубенчики бренчат с прогнивших дуг:
«Эстрада, ты за все еще ответишь.
Ты горлопанством унижаешь дух».