Меня часто спрашивают, как я придумываю темы постов (на самом деле не спрашивают, но не важно). Я решил показать процесс от начала до конца.

— Все началось с сосиски. Вчера пробивал в «Корпусе русского языка» слово «сосиска».

— Одно из первых упоминаний «сосиски» нашел в «Мертвых душах». Цитата: «…ему подавались <…>: щи с слоеным пирожком, нарочно сберегаемым для проезжающих в течение нескольких неделей, мозги с горошком, сосиски с капустой, пулярка жареная, огурец соленый и вечный слоеный сладкий пирожок».

— Обратил внимание на странную грамматику «в течение нескольких неделей», но это направление развития не нашло.

— Тогда занялся пуляркой. Для начала узнал значение: откормленная курица (от французского poularde). Еще говорили «пулярд» и «пулярдка».

— Нашел слово у Гончарова («под полой принесет лучшую пулярку»), Чернышевского («ни куска телятины или пулярки»), Лескова («как подают в дворянских домах жареных пулярок») и Салтыкова-Щедрина («коли пулярка, так и говори, что пулярка, а пуле, мол, пожалуйте в Россию кушать»).

— После революции слово исчезает. Последнее заметное появление в 1964 году у Бродского:

…Блокнот и Цейс в большую сумку спрячь.
Сухой спиной поворотись к флюгарке
и зонт сложи, как будто крылья – грач.
И только ручка выдаст хвост пулярки.

— Есть еще упоминание у Маяковского в его отчете о поездке в Америку (1926 год): «К часу американец идет завтракать туда, где завтракают люди богаче его, и где его дама будет млеть и восторгаться над пулярдкой в 17 долларов».

— Маяковский явно ошибся. 17 долларов тогда равны 220 долларам сейчас. По данным американской статистики, фунт курицы в те годы стоил от 30 до 40 центов, а на 15 долларов можно было месяц снимать квартиру в Нью-Йорке.

— Тут я подумал, что найти ошибку у Маяковского как-то скучно. Вернулся к пулярке в стихах. Открыл «Европейца» (1910) Саши Черного, где тот описывает потребительский рай столицы перед мировой войной:

Пассаж не спеша осмотрев,
Вхожу к «Доминику», как лев,
Пью пóртер, малагу и виски.
По карте, с достоинством ем
Сосиски в томате и крем,
Пулярку и снова сосиски.

— Глянул, что за «Доминик». Оказалось, это официально первое кафе в Российской империи. Чтобы швейцарец Доминик смог его открыть в 1841 году, Сенат выпустил (!) указ. Кафе было популярно в творческой тусовке. В 1844 году юный Достоевский проиграл там последние сто рублей. Салтыков-Щедрин шутил в рассказах про людей, которые воровали там пирожки. А Чехов писал брату, что только люди из высшего света едят в «Доминике».

— В советское время ресторан закрыли. На «Вилладже» нагуглил новость, что по этому адресу (Невский, 24) в конце 2018 года открылся новый бар с тем же названием, где подают швейцарскую еду. Ну что. Буду в Питере — зайду