Закончил новый роман Пелевина, проглядел, какие есть рецензии. Рецензии сводятся либо к пересказу сюжета, либо к вздохам разной силы на классическую уже тему «Пелевин давно не тот» (впрочем, ведь и мы давно не те).

Говорящий факт о состоянии российской литературной критики: никто из специалистов не возразил Виктору Олеговичу по поводу Бальмонта. Бальмонт, сочиняющий у Пелевина революционные стихи про рабочих, сидит в хмуром Питере после ночи с курсисткой, а на деле он либо бродил в Москве по Пресне с револьвером во время декабрьского вооружённого восстания, либо уже в Париже сидел с женой, где и вышел этот сборник в итоге («Песни мстителя», 1907).

А если серьёзно, то я принял волевое решение относительно Пелевина — принять и смириться. Да, я лично люблю больше его период рассказов, «Желтой стрелы» и хотя бы «Чапаева», но это не значит, что он должен всегда писать так.

Виктор Олегович, понял я, уже много лет играет в свою игру в бисер. Какие-то фрагменты этой игры кажутся мне лиричными, некоторые даже художественно удачными (в последней книге таких мест было достаточно, кстати), что-то представляется очевидно пошлым или банальным до неловкости (особенно по департаменту современных политики и философии). Но ведь человеку весело, человеку интересно самому в это играть. Так порадуемся за него: всем бы так