Разбирал заметки. У меня накопилось несколько тем, возможно, слишком мелких для телеграм-канала, но все же любопытных, поэтому дам их в телеграфном стиле:

— Название сборника Бродского «Урания» — из «Последнего поэта» Баратынского («Поклонникам Урании холодной//
Поёт, увы! он благодать страстей»)
— Бродский в 1960 году встречался в (!) Самарканде с американским юристом Мелвином Белли, который позже защищал Джека Руби, убийцу Харви Ли Освальда
— В стихотворении Бродского «На смерть друга» есть строки «наколол ты свои полюса// в мокром космосе злых корольков и визгливых сиповок». Корольками и сиповками в русском языке со времен Баркова называли разные по строению виды влагалищ, располагающих к сексу в разных позициях (сверху и сзади соответственно)
— Дом Мурузи, в котором вырос Бродский (и в котором также жили сын Пушкина, Мережковский, Гиппиус, а также находился созданный Блоком Дом поэтов) изначально построили в 1870-х на земле, принадлежавшей когда-то графу Резанову, главному герою «Юноны и Авось»
— Карамзин в своем почти феминистическом «Послании к женщинам» («Довольно, что вы нас во всем, во всем добрее,
Почти во всем умнее») написал «Россия, торжествуй» из соображений самоцензуры. В оригинале было «Минерва, торжествуй» — имелась в виду пожилая Екатерина Вторая
— Кислыми щами изначально называли вид газированного кваса, которую разливали как игристое вино. Это видно, например, у Пушкина в «Арапе Петра Великого»: «…сказал Гаврила Афанасьевич, напеня кружку кислых щей». Или у Гоголя в «Мертвых душах»: «День, кажется, был заключен порцией холодной телятины, бутылкою кислых щей и крепким сном». Или у Чехова: «Это была бутылка добрых кислых щей в момент откупоривания». Выражение же профессор кислых щей появилось только в пятидесятые-шестидесятые годы двадцатого века