Не знал, что вполне расхожее выражение «именины сердца» придумал Гоголь в «Мертвых душах». Его там использует Манилов: «А вот вы наконец и удостоили нас своим посещением. Уж такое, право, доставили наслаждение... майский день... именины сердца».

Но значительно меньше известно выражение «диктатура сердца».

Откроем письмо Афанасия Фета Якову Полонскому от 12 августа 1888 года (обоим под 70, и в литературе состоявшегося Чехова они последние реликты сороковых вместе с Майковым и Григоровичем): «Дорогой друг Яков Петрович. Манилов первый изобрел «именины сердца»; Лорис-Меликов изобрел «диктатуру сердца»; я же, при баснословной своей беспамятности, обладаю памятью сердца. И вот, в этой-то памяти хранится твое письмо».

После взрыва в Петербурге в феврале 1880 года граф Лорин-Меликов получил чрезвычайные полномочия для наведения порядка. Но он хотел одной рукой карать террористов и революционеров, а другой приближать тех, кого сегодня назвали «системными либералами» — земство, прогрессивных чиновников, интеллигенцию. Он был также мил с печатью, собирал иногда главных редакторов на чай (как сегодня некоторые в администрации президента); журналисты и придумали в итоге термин «диктатура сердца».

Продлилась диктатура с лисьим хвостом (так ее тоже называли) недолго. Через год Александра Второго все же убили. Лорин-Меликов как глава МВД ушел в отставку и заигрывания с либералами прекратили. Летом того же 1881 года Салтыков-Щедрин писал в «Письме к тетеньке»: «Было у нас этих опытов! довольно было! — воскликнул он, — были и веянья! были и целые либеральные вакханалии! и даже диктатура сердца была! Только теперь уж больше не будет! Аттанде-с. С веяниями-то придется повременить».

В общем, все как всегда.

P.S. А «память сердца» я тоже пробил, она оказалась совсем и вовсе общим местом. Она встречается также у Жуковского, у Гончарова, у Достоевского (в «Идиоте»), у Бунина, у Горького, у Бальмонта, у Тынянова, у Твардовского и Паустовского.