В центре Любляны, столицы Словении, стоит памятник поэту Франце Прешерну. Над ним возвышается некая девушка. Это Юлия Примиц, дочь купца и муза Франце. Юная Юлия была из строгой и богатой крайнской семьи (южная часть Словении называлась тогда Крайной), где говорили только по-немецки. Она не очень-то понимала человека, решившего возродить, а точнее создать словенскую литературу и поэзию. Для нее это был язык деревни. Она ответила на ухаживания Франце мучительным отказом. А он пил, много пил — и писал стихи.

В 1834 году вышел его «Венок сонетов», первый венок сонетов на каком-либо славянском языке. Это невероятно сложная поэтическая форма, которую изобрели в средневековой Италии. В венке 15 сонетов, и в первых четырнадцати последняя строка предыдущего сонета всегда совпадает с первой строкой последующего. Это еще не все: пятнадцатый сонет полностью состоит из первых строк этих 14 сонетов, то есть они складываются еще и в осмысленный текст. Прешерн дополнительно усложнил себе задачу: у него первые буквы первых строк еще и образуют надпись: Primicovi Julji (то есть Юлии Примиц).

На русский язык «Венок» впервые перевел лингвист Федор Корш в 1901 году. Это двоюродный брат антрепренера Федора Корша, который открыл московской публике пьесы Антона Чехова. Это был в принципе первый венок сонетов на русском языке. Уже прочитав именно Корша, написали позже свои венки Брюсов, Волошин, Бальмонт и другие.

И все хорошо, но только одно мне не дает покоя. У Корша в переводе (хорошем, но весьма вольном; да, я прочитал оригинал) пропал акростих ПРИМИЦОВОЙЮЛИИ. У него последний сонет выглядит так:

Венок певец твой новый вьёт для света:
В нём будут жить любовь моя и ты;
Из сердца эти выросли цветы,
Признания несчастного поэта.

Они взошли в стране, где нет рассвета,
Их рост не знал дыханья теплоты,
Их окружали диких гор хребты,
Край буйных ветров, вечно чуждый лета.

Воспитаны стенаньем и слезой,
Растут, но взору не дают отрады;
Над ними туч скопилися громады;
Зато теперь и вид у них больной.
Пусть ясный луч пошлют твои им взгляды,
И будет весел цвет их молодой.

Если руки дойдут, попробую сам перевести, чтобы уложиться в буквы. Ну или вы попробуйте