Оба главных героя «Евгения Онегина», то есть сам Онегин и Ленский, появились в русской литературе за пять лет до того, как Пушкин начал работать над романом в стихах во время ссылки в Кишиневе.

Предыстория. В 1815 году молодой Грибоедов переехал в Петербург и устроился задешево в доме театральной дирекции, на одной лестнице с руководителем императорскими театрами Шаховским. Это предопределило будущее Грибоедова: он стал писать пьесы.

В 1818 году Шаховской и Грибоедов даже стали соавторами одной вещи — «Своя семья, или замужняя невеста». Но нас интересует не она.

В том же 1818 году у Шаховского вышла еще одна комедия «Не любо — не слушай, а лгать не мешай», а Грибоедов вместе с другом вольно перевел, точнее адаптировал под наши реалии французскую пьесу Барта «Притворная неверность» (Les fausses infidelities). В первой появился Онегин (как упоминание некого персонажа, который то ли сгинул в 1813 году в Богемии, то ли нет), а во второй — Ленский, еще без имени, как один из двоих влюбленных, которому якобы изменяют. Ах да, еще у Грибоедова Ленский — оцените иронию — просит друга не вызывать обидчика на дуэль.

В общем, использование абстрактных речных фамилий (у русской дворянина не могло быть такой) было в моде в питерской театральной среде конца десятых годов. Пушкину же было 19 лет, он жил в том же Петербурге и дописывал «Руслана и Людмилу».

Знал ли об этих комедиях? Скорее всего, да. Посмотрим на первую главу «Онегина»:

Волшебный край! там в стары годы
<…> вывел колкий Шаховской
Своих комедий шумный рой