«Как-то я шел вдоль по сельской дороге к своей хибаре, предвидя восемь часов писания в полной изоляции от всех прочих людей, и я посмотрел на небо и увидел там лицо. На самом деле я его даже не видел, но оно там было, и это было не человеческое лицо. Это был громадный лик совершенного зла. Сейчас я понимаю (и думаю, что смутно понимал тогда), что послужило для меня поводом увидеть его: месяцы уединения, лишение человеческих контактов, фактически сенсорная депривация… но в любом случае этот лик нельзя было отрицать. Он был необъятен; он занимал четверть неба. У него были пустые глазницы; он был металлическим и жестоким, и, что хуже всего, он был Бог. Я приехал в мою церковь […] и поговорил там со своим священником. Он пришел к заключению, что я мельком увидел Сатану; тогда он совершил надо мной обряд помазания – не соборования, лишь помазания для исцеления. Ни к чему доброму это не привело; металлическое лицо в небе оставалось. Мне приходилось бродить целыми днями, а оно смотрело на меня сверху». — Филип К. Дик (цитату даёт Лоуренс Сутин в книге «Жизнь и Всевышние вторжения»)