Обложка канала

Литература и жизнь

10318 @bookninja

«Словесность русская больна. Лежит в истерике она».—Пушкин.

Литература и жизнь

4 года назад
Открыть в
из всех политических дел, дело Юлии Цветковой вызывает у меня самое постоянное возмущение. для начала, это не очень политическое дело. это общественное, культурное дело. поставил человек спектакль, разместил рисунок в интернете. ну и что? это история про разнообразие. оно вполне могло вызвать: - городское беспокойство: ханжи возмущены! пришли на спектакль с помидором! + дискуссию в пабликах - вялое внимание местного департамента культуры: с тех пор на спектакли со словом «розовый» с тех пор должна была ходить тётка в сером пиджаке и периодически цыкать. но оно точно не должно вызывать внимания правоохранительных органов. потому что право — это не мораль. и тут государственники могут возразить, что дело Юлии — это как раз следствие того, что на её защиту вдруг встали многие — от международных общественных организаций до звёзд в РФ. и, значит, возогнали историю. собственно, это общественные движения смешивают право с моралью, мы же видим, что это происходит в миту, ну и так далее. это неверно. дело Юлии Цветковой — это дело, от которого всерьёз страшно многим. она не радфем, не шла на режим, её история произошла в небольшом и типичном городе. короче, на её месте может себя представить почти каждый человек. я думаю, чиновникам тоже стрёмно читать про дело Юлии Цветковой. и многим её заочные обвинителям очевидно, что на её месте могут оказаться они. поэтому её дело обрело такую поддержку. но Юлия и её мама при этом уникальны. они продолжают действовать так, будто мир работает по традиции. моральные помидоры — горожанам. уголовные дела — преступникам. кесарю — кесарево. богу — богово. то есть дело Юлии Цветковой — это не дело «прогресса активизма против замшелости чинуш». это дело про возможность регулярной и осмысленной творческой жизни вне столичных тусовок. против этой жизни — совместность силовиков и людей с опытом тюрем и преступлений, из-за которой дело приобрело свой ужасный оборот. сейчас пишут про три года колоний, которые требуют прокуроры. в последнее время про дело Юли говорят меньше, и в основном уже в узких кругах. мне важно напомнить о нём и рассказать тем, кто, возможно, не знал или не задумывался о том, почему история про художницу в Комсомольске-на-Амуре касается таких разных нас. она касается.