«Еще одним сигналом тревоги стало восстание яицких казаков Емельяна Пугачева, разгромленное в 1774 году. В следующем году по пути домой из Молдавии российская армия окружила Сечь и разогнала запорожцев. Некоторых зачислили в новые казачьи войска, главным образом Черноморское — пройдет несколько лет, и его переселят на Кубань, на фронтир с воинственными горцами. Прочие остались на Украине, но организованной силы уже не представляли. Григорий Потемкин, фаворит императрицы, хвастал их селами по пути в Крым в 1787 году. Пышное зрелище, породившее мем “потемкинские деревни”, было очковтирательством не из-за того, что села оказались декорацией, а потому, что существовали задолго до эскапад Потемкина».