Литературная критика стала числовой, говорит Блайт. Успех писателя определяют читатели, вместо того, чтобы глубоко изучать произведения, у них есть только две метрики – «нравится» или «не нравится» и результат, выраженный в числах, к примеру, на Goodreads. Интернет превратил всех нас не в читателей и обозревателей, а в маркетологов. https://t.me/knsvo/255 Угу, все так. Только есть штука, о которой Блайт в оригинальном эссе не говорит: Goodreads делает конкретная корпорация, которой как раз выгодно продавать наиболее мультиплицируемое и наиболее понятное, ровно точно так же как современная "экономика внимания" не возникла из ниоткуда сама по себе, за ней стоят конкретные интересы вполне конкретных компаний, чьи названия все знают, и ностальгия Блайта по хорошим временам в основном кажется эффектом ощущения беспомощности в мире цифровых монополий. Но вообще, если честно, период, когда автор мог жить на чеки от публикации рассказов, был совсем коротким и стал одним из эффектов экономики всеобщего благосостояния после Второй мировой. То есть, литературный рынок поменялся вслед за рынком глобальным, вопрос в том, как должны выглядеть экономические меры поддержки литературы, чтобы в эпоху индуцированного невнимания она не утонула в "ханжеских романах", которые пишут в основном привилегированные люди. Edit: Ну и не будем забывать, что рассказы по-прежнему с удовольствием читают. "Кошатника" у Кристен Рупениан прочли полмиллиона человек. И я думаю, что не только из-за того, что многие женщины узнали себя в героине, но и благодаря таланту самой Рупениан. Отдельные рассказы на "Прочтении" собирают 11 тысяч просмотров или за 200 тысяч — это у сайта, который существует исключительно на энтузиазме редакции. Вопрос в том, как сделать так, чтобы человек мог посвящать время творчеству, публиковаться и при этом не работать на двух работах.