“Осторожно Media” поговорили с бывшей сотрудницей ОВД-Инфо* Екатериной Морозовой, которую сегодня после большой паузы, всё-таки уволили из проекта за посты в Twitter о геноциде. Своё увольнение я считаю несправедливым. Меня уволили именно за формулировки, но не за смысл высказывания — это было неоднократно подчёркнуто. В общем-то проблема как раз в этих комарах и туалетной бумаге. Да, это по-хамски, да, это не самая удачная формулировка. Тем не менее очень важно, что по интернету распространялся скрин без последнего сообщения, в котором было написано, что в Украине происходят ужасные преступления. Чтобы понять это как-то иначе, нужно было очень сильно постараться Мне в тот же день, когда я выложила твит, сообщили о том, что моя работа приостанавливается и меня скорее всего увольняют потому, что это очень серьёзный проступок — люди, которые сейчас живут в Украине, у которых там родственники, очень негативно восприняли его. Более того, звучали аргументы, что я как-то могла повредить сотрудничеству с Европейскими организациями за счёт вот этих слов. Но здесь мне важно сказать, что это был немножко крик отчаяния. Я работала с ОВД-Инфо 2,5 года — сначала в качестве защитницы. 16 марта, когда совет Европы принял решение исключить Россию, у наших подзащитных просто пропала возможность обращаться в ЕСПЧ. А в день, когда я написала твит, я увидела сколько уже сидит Навальный, и подумала, что механизмы европейских организаций часто не работают. И вместо того, что бы как-то меня остановить, поберечь (мы все в очень сложной ситуации), произошло вот так. Российское гражданское общество сейчас сильно поляризуется, и в разных общественных организациях происходит деление на своих и чужих. Все говорят в один голос, что мы должны быть сильными, объединяться друг с другом, беречь, а не разводить конфликты. Но в этой ситуации на первый план встало не разобраться, что не так с работником, а сделать публичное заявление. Мне очень жаль, что всё это вылилось в большую общественную дискуссию. Также хочу сказать, что я благодарна команде за эту работу, за эти два с половиной года. Они были чудесные. Несмотря на конфликт, мне оплатили психолога, психиатра, таблетки, выплатили компенсацию, предложили визовую поддержку. Юридических последствий от Польши для меня не было. Со стороны может казаться, что меня уволили за оправдание геноцида, и есть опасения, что в российские правозащитные организации меня не возьмут (надеюсь ошибаться). Я бы всё равно хотела находиться в правозащитном секторе, помогать людям, рассказывать о важном. После работы в такой среде очень сложно перестраиваться в другое русло. Ради правозащиты я ушла из коммерции. *Министерством юстиции РФ признан иностранным агентом