Кстати. Во Франции очередные забастовки. Не хотят на два года позже идти на пенсию. Странные люди) Мне же симптоматично попалась вчера фраза из одиозной биографии рыданий принца Гарри. (Да, я купила эту книгу, но о ней в другой раз). Гарри выдает портрет деда и очень емко описывает закат жизни - когда ты больше не можешь получать привычные удовольствия, но беспокоит тебя не это. Больше всего я жалею о том, - говорит дед, - что больше не могу работать. Тут можно по-разному реагировать в зависимости от занимаемой позиции на лестнице, но фактически невозможность работать, то есть делать что-то, что может быть только тебе, а при лучших обстоятельствах и всему человечеству, крайне важно, полезно, нужно - означает стать бессмысленным. Оказаться на скамейке праздных потребителей, и никакого искусства жить на этой скамейке нет в помине. Людям хотят добавить два года жизни, а они вон как..)) Вообще, забастовки во Франции - жирная нитка в кружеве культурного кода. Как дышать, есть сыр и пить вино. Полагаю, там сверху примерно так и рассуждают: насколько хотим повысить пенсионный возраст? На год? Объявляем два. Терпим пару дней манифестаций, соглашаемся на год. Идем дальше к налогам. Овцы в загоне, волкам подан ужин.