И уж раз зашла такая пьянка, про традиционные песни и про кельтов, то моя самая любимая из них - это Ailein Duinn, “(Плач по) темноволосому Алану”. Она - не ирландская, а шотландская, и поется на гэльском языке - младшем брате ирландского; да простят меня шотландцы, но сие есть исторически доказанный факт - современный гэльский язык произошел от древнеирландского, когда гойделы, кельтский народ, переселенцы из Ирландии, захватили и ассимилировали пиктов в IV-V веках нашей эры, и осели на территории современной Шотландии - развитие их языка, тогда древнеирландского, пошло изолированным от ирландцев путем, и уже к X веку гэльский и ирландский - были разными языками. К слову сказать, пикты, которых гойделы-переселенцы ассимилировали во все дыры и растворили в своем субстрате, говорили вовсе не на родственном им языке, как считали ученые до XX века (и что обыграли, скажем, в “Девятом легионе”, где все актеры, изображающие пиктов, говорят га гэльском) - судя по тем немногим фактологическим данным, которые есть у современных палеолингвистов и моих коллег, лингвистических антропологов, пиктский язык был родственен валлийскому, корнуольскому и бретонскому, а не гойдельскому-древнеирландскому. И еще одно “кстати” - гэльский и ирландский - это два разных языка, и называть современный ирландский язык “гэликом” или “гэльским” - все равно, что шведский язык называть исландским, или эстонский - финским. Да, у них общий предок, но ныне они - абсолютно разные, хотя и относительно взаимопонимабельные (как, например, русский и украинский).

Но речь не о том, а о прекраснейшей из песен, спетых на гэльском, об Ailein Duinn. У гойделов было и есть очень много жанров и разновидностей произведений как в прозе - всякие там “захваты”, “сватания”, “странствия” и “битвы”, так и в музыке, причем музыкальные жанры сохранились в традиционной ирландской и шотландской музыке и по сей день. Одним из таких жанров является cumha (“кýва”) на ирландском, или lament на английском, сиречь “плач”, “жалобный/горестный крик”. Это песни или музыкальные композиции (да, они порой бывают и без слов), которые оплакивают утрату кого-то любимого или героического; в данном случае - это плач шотландской девы по своему жениху, капитану Алану Моррисону, красавцу с каштановыми волосами, который уплыл однажды на своем корабле, но не вернулся домой, погибнув в море весной 1788 года. И теперь дева плачет по нему, причитая “ох и увы мне, я бы ушла вместе с тобой”, “если ныне твоя подушка - песок, ложе твое - морские водоросли, если рыбы - это яркие свечи, и если тюлени - твоя команда”.

Самые же пронзительные слова - последние: “Я бы испила, хоть всех бы это и повергло в отвращение, крови из твоего сердца, после того, как ты утонул”. И снова, как и в моем недавнем посте - кровь как сила, способная сотворить магию и чары, ведь дева желает, судя по всему, оживить своего темноволосого Алана… Хотя, судя по историческим данным, Анна Кэмбелл, несостоявшаяся невеста и автор песни, утратила волю к жизни и умерла спустя несколько месяцев после трагической гибели Алана.

Самая лучшая версия этой песни - в исполнении прекрасной Karen Matheson, солистки Capercaillie - самой известной шотландской группы, такой себе сестры-близняшки ирландских Кланнад. По ссылочке - исполнение с минимумом музыкального сопровождения, где можно насладиться прекрасным голосом Карен, печальной мелодией и завораживающим звучанием гэльского языка:

https://youtu.be/8Ll-7j0Hs9M

#celts #кельты #Ирландия #музыка #music #Ireland #Scotland #gaeilge #gaelic #Шотландия #linguistics