«Мы хотим, чтобы бизнес поделился с государством», — так объяснил Антон Силуанов логику введения нового налога «на непредвиденную прибыль» (того самого, который раньше назывался «добровольным взносом» бизнеса в бюджет). И пояснил, что суммарная прибыль компаний в 2018-2019 гг. составляла 16 трлн руб., в 2021 г. — уже 34 трлн руб., а в 2022 г. оценивается в 26 трлн руб. С кого именно и сколько собираются взять такого налога, в Минфине обещают определиться в ближайшее время, когда поступит годовая отчетность по налогу на прибыль. А пока что Силуанов чуть ли не уговаривал бизнес уплатить налог, заявляя, что это пойдет и на строительство дорог, и на здравоохранение, и даже на поддержку самого же бизнеса, так что средства в бизнес все равно вернутся. Можно было бы подумать, что ничего особо страшного в этом налоге нет — он ведь вроде и однократный, и касается только «олигархов», и вообще принято это решение в непростое время. Однако все это — так себе аргументы. На самом деле одно только обсуждение такого изъятия средств наносит большой ущерб возможностям будущего развития — причем далеко не только самых крупных компаний, но и других. Бурный рост прибыли в экономике, который демонстрируют в Минфине, и связь его с необходимостью «делиться» — в определенной степени лукавство. Между 2018-2019 и 2021-2022 годами находится провальный 2020 год, убытки которого многие компании до сих пор так и не смогли учесть в расчете налога на прибыль — ограничения не дают этого сделать. Так что со «сверхприбылей» 2021-2022 года смело надо скидывать чуть ли не половину. Далее, крупнейшими генераторами прибыли в последние годы были компании нефтегазового сектора. А их из числа плательщиков нового налога уже исключили, и значит, ожидаемые к сбору 300 млрд руб. будут просто взимать с более широкого круга компаний. Введение нового налога (прямо посреди года, даже не дожидаясь наступления нового налогового периода) — это яркая демонстрация того, насколько нестабильны и непредсказуемы наши налоговые условия. Для инвесторов это сигнал как минимум к тому, что нужно принимать в расчет еще большие риски при реализации проектов (то есть отказаться от части планов), тем более что в наших условиях хронического финансового дефицита прибыль — это основной источник для инвестиций. Планы по развитию бизнеса, по созданию рабочих мест будут пересматриваться, определенные выводы сделают и иностранные инвесторы, вложения которых были бы нам очень полезны. Все же понимают, что в следующий раз «поделиться» предложат еще кому-нибудь. Кстати, в 2018 году в Минфине тоже заявляли, что для исполнения нацпроектов в бюджете не хватает 500-600 млрд руб., которые предлагалось получить от повышения НДС с 18% до 20%, что и было реализовано с 2019 года. Как это все отразилось на доходах населения, компаний и росте экономики — история уже показала.