Казалось бы, обвинить Россию, читай Минфин, в создании уж слишком льготного низконалогового режима мог только кто-то, уж совсем не знающий наших налоговых реалий. Однако именно это и произошло на днях: в ЕС включили Россию в «черный список» стран, с которыми нет обмена налоговыми данными с формулировкой «harmful preferential tax regime». Речь идет о САР — «русских офшорах» на островах Русский и Октябрьский, которые были созданы для перевода российских компаний из международных юрисдикций в Россию, но сейчас могут использоваться и другими компаниями. Однако все это — только повод, ведь Минфин, по сути, еще год назад удовлетворил претензии, высказанные со стороны ЕС. Да и бизнес, рассматривавший «переезд» в САР, не раз отмечал, что «льготность» этого режима весьма условная по сравнению с другими низконалоговыми юрисдикциями. Суть данного решения — запустить процесс ужесточения налогового режима для компаний из ЕС, взаимодействующих с российским бизнесом. В списке возможных мер: и ужесточение налогообложения доходов, полученных из России, и запрет на уменьшение базы налога на прибыль на расходы, уплаченные в пользу российских лиц, и усиленный налоговый контроль. Введение таких мер (одной или более чем одной) отведено на усмотрение стран ЕС. В общем, в совместной работе российских и европейских компаний, помимо сложностей с расчетами и логистикой, добавятся еще и налоговые сложности, причем в одной стране будет одно, в другой — другое, и все это придется учитывать, вплоть до переструктурирования и операций, и структуры собственности. К сожалению, все это — очередной пример, когда политически продиктованные решения наносят двусторонний ущерб бизнесу: и российскому, и не только. Ну а нашему Минфину, раз уж его все равно обвинили в создании «вредоносного офшора», стоило бы в самом деле расширить применение механизмов развития со сниженными налогами: ОЭЗ, ТОР, СПВ и других, а заодно и ввести налоговые стимулы для иностранных инвесторов, которые создают в России производства и приносят с собой передовые технологии.