Антон Силуанов объявил, что Минфин готов идти на жертвы ради стабилизации курса рубля — то есть «пожертвовать частью сырьевых сверхдоходов на валютные интервенции» и при этом «часть расходов не проводить». Что тут сказать? Укрепление рубля волнует сейчас многих — ведь по факту это означает и потери валютной выручки у экспортеров, и полную неопределенность для тех, кто пытается реализовать инвестиционные проекты. И если раньше укрепление рубля приносило выигрыши, например, тем, кто приобретает импортное оборудование или технологии, то теперь и это под большим вопросом. Само намерение остановить неконтролируемое укрепление рубля вполне понятно и желательно. Другое дело — насколько результативными окажутся «опосредованные» интервенции в виде вложений в валюты дружественных стран, например, такие как юань или рупия. Прямые операции с долларом и евро для Минфина сейчас невозможны, а влияние интервенций на курс рубля к доллару и евро сможет проявиться, только если на рынке существует свободная купля-продажа разных валют, т.е. возможности для арбитража. И еще более настораживающей выглядит готовность Минфина отказаться от части расходов — и это в текущей-то обстановке, когда госрасходы критически необходимы для поддержки экономики. Учитывая, что возвращение курса рубля к отметке 70 руб./долл. принесет в бюджет немалые дополнительные доходы от экспорта, запланированные расходы вполне можно было бы сохранить — тем более что они обеспечивают в том числе и будущую доходную базу бюджета.