Дискуссия на деловом завтраке Сбера на ПМЭФ сегодня утром оказалось очень показательной. Скорее даже симптоматичной, поскольку разговор так или иначе шёл о болезнях. Минфин привычно рассуждал о «голландской болезни», о том, как нехорошо нам привыкать к использованию нефтегазовых доходов. Причём сегодня министр финансов уже даже не говорил о том, на что их можно направлять, а на что — нет. А то привыкнем. Вопрос только в том, а зачем нам вообще тогда нужно продавать большую часть нефти и газа, если Минфин спит и видит, как бы эти деньги из экономики изъять и не пустить на развитие, которое действительно могло бы как-то нашу зависимость снизить? За что мы вообще сейчас бьемся на всех внешнеэкономических и политических площадках? С подходом Минфина куда лучше ресурсы оставить в земле. Потомки, может, умнее будут и придумают, как их действительно эффективно использовать. Банк России продолжал пугать нас эмиссией (это слово у них прямо бранное). Практически перешёл на уровень аргументации: вы что, хотите, как в США? Вот, мол, они занимались эмиссией, а теперь у них инфляция на рекордном уровне за 40 лет. Да в общем-то хотим: у нас-то тоже без инфляции не обходится, вот только у них ВВП за 10 допандемийных лет в целом вырос на 26%, а у нас — на 22%. То есть мы ещё больше отстали, хотя и были позади. Вообще вся суть выступления Заботкина: любое увеличение спроса приводит к росту инфляции, но иногда мы можем, стиснув зубы, с этим смириться. Но это трудно. Наверно, только если попросят. Министр экономического РАЗВИТИЯ в начале вообще сильно удивил, встав и заявив, что хватит уже мечтать о промышленном экспорте. Мы — поставщик минеральных ресурсов, и нам надо думать, как жить именно таким поставщиком. Потом, правда, занимал более понятную позицию по другим вопросам, но осадок остался. Вот такое, значит, видение у министра развития. Ну а Сбер, судя по тому, как модерировал и комментировал Герман Греф, все же по сути своей не бизнес, а ещё одно министерство. Может, конечно, в том, как выколачивать деньги с бизнеса и граждан, он вполне себе коммерческая структура, но однако же о том, как действовать в связке с бизнесом, он и не задумывается. Хотя в текущих условиях у крупнейшего госбанка должна была бы быть совсем иная миссия. Даже слово бизнесу за завтраком было предоставлено лишь ближе к концу, и в обоих случаях сопровождалось пожеланиями: «только покороче». Это точно ДЕЛОВОЙ завтрак? Чиновникам и депутатам на нем куда больше места нашлось. Периодически же дискуссия вообще скатывалась к посланиям бизнесу в стиле — сами делайте, что вы нас всё время просите. Хорошо, правда, что хоть не все государственные люди были такими. Так хоть какая-то надежда остаётся.