Председательство Дмитрия Козака в Счётной палате едва ли следует рассматривать как почётную пенсию. Из всех предыдущих руководителей СП разве что Сергей Степашин мог считаться «пенсионером», навсегда покинувшим «скамейку запасных». Для Татьяны Голиковой соответствующий пост, наоборот, стал важным кадровым трамплином. Для Алексея Кудрина – официальным подтверждением «возвращения в ряды» и возможностью усилить аппаратное влияние. Достаточно вспомнить кудринскую роль в отставке медведевского правительства и рогозинском уходе из «Роскосмоса». Кстати, Козак, --не появлявшийся в публичном поле чуть ли не с 21 февраля 2022-го, с момента своего весьма неоднозначного выступления на судьбоносном заседании Совбеза -- в случае прихода в Счётную палату в чём-то повторит как раз кудринский путь. Более того, в СВО-реальности контроль за использованием средств де-факто «военного бюджета» приобретает уже не только и не столько экономическое значение. А сам главный аудитор приобретает статус, сопоставимый с силовым. По крайней мере, все силовые ведомства – через их финансы -- оказываются «под колпаком» СП. Не говоря уже о любых и государственных, и частных игроках, которые участвуют (или хотят участвовать) в реновации новых территорий. Пожалуй, самый тонкий момент -- перспективы дальнейшего участия Козака в переговорных треках. Но, наряду с бюджетом, Счётная палата контролирует и управление резервами ЦБ. А это позволяет легитимизировать привлечение Козака к обсуждению судьбы замороженных на Западе российских авуаров. При том, что с этим вопросом неизбежно будет увязываться любой вариант мирного урегулирования на Украине.