Медийность вернулась в «зону СВО». «Картинкой», разумеется, дело не исчерпывается. За ней – реальные разрушения и человеческие жизни. Но, по законам жанра, эмоции тех, кто чувствует, затмеваются эмоциями тех, кто смотрит. При этом наблюдатели, утверждающие, что «это всё» -- прежде всего, для внутренней аудитории, правы лишь отчасти. Неслучайно, ещё в канун путинского юбилея ведущие СМИ «недружественной стороны света», (вроде WP, Bloomberg или Politico) озаботились обсуждением двух взаимосвязанных сюжетов -- про разногласия российском руководстве по поводу хода спецоперации и про поиски «преемника». Связь этих «нарративов» объясняется просто – и в том, и в другом случае тон задают «ястребы». Другое дело, что в критике СВО «справа», скорее всего, доминирует связка Золотов-Пригожин. А в «транзитной гонке» очевидные фавориты (и об этом как раз пишут западные медиа) – Патрушевы. Запуск управляемого «транзита» (например, через премьерство Патрушева-мл) едва ли возможен без доведения СВО до какой-то логической точки. Поэтому секретарю Совбеза эскалация ради эскалации с непредсказуемым финалом невыгодна. И здесь патрушевские интересы в моменте совпадают с интенцией тех зарубежных элит, которые добиваются если не купирования, то хотя бы заморозки российско-украинского конфликта. Предполагая, что сегодняшние ракетные удары, – в равной степени и «компенсация» для местных радикалов, и новая попытка принуждения к переговорам «на своих условиях», -- можно аккуратно допустить, что 10 октября 2022-го спецоперация РФ на Украине плавно перешла в новую российскую «операцию «Преемник».