Для России главная проблема в американских выборах – не столько победа (возможная?) Байдена, сколько влияние, которое на них оказала пандемия.
Как технологическое – из-за пресловутого голосования по почте, так и социально-политическое – отношение к карантинным мерам превратилось в едва ли ни ключевой «партийный» маркер.

Согласно AP, больше всего голосов Трамп набрал в наименее «ковид-благополучных» округах. В то время, как Байден обещал в случае прихода в Белый дом ввести обязательный масочный режим.
Неприятие «санитарного Левиафана» – фирменная черта не только американского «глубинного народа».
В России консервативный протест, заметно усилившийся на фоне весенних «каникул», сегодня сдерживается лишь благодаря отказу властей от нового «закрытия экономики».
Собственно, именно поэтому стремлением избежать дальнейшего наращивания бюджетных расходов мотивы Кремля не ограничиваются.
Слишком велик риск, что очередной локдаун превратит ЕР в электоральный громоотвод, аккумулировав раздражение избирателей из-за всплеска безработицы и падения доходов.
Зато борьба с «ковид-монетизацией» и «цифровым гулагом» могла бы принести «партии власти» дополнительные голоса.

Но такой идеологический дрейф, во-первых, не слишком вяжется со ставкой на электронное голосование. Благо теперь у него возникают нежелательные параллели с американским, «почтовым».
А во-вторых, «единороссовские» пасы консерваторам станут дополнительным аллергеном для «карантинно-ориентированной» команды Байдена, которая, скорее всего, попытается, протестировать прочность кремлёвской обороны как раз в ходе предстоящей думской кампании.
При том, что «карантинная риторика» и «вакцинная дипломатия», наоборот, имеют шанс добиться от Белого дома большего конструктива.
Особенно, если российские разработчики вакцины согласятся поделиться бенефитами с big pharma, которая, к слову, входит в число ключевых байденовских спонсоров.