Жил-был пискарь. И отец и мать у него были умные; помаленьку да полегоньку аридовы веки [1] в реке прожили, и ни в уху, ни к щуке в хайло не попали. И сыну то же заказали. «Смотри, сынок, — говорил старый пискарь, умирая, — коли хочешь жизнью жуировать [2], так гляди в оба!»