Хотелось рассказать, как в Берлин с ноги пришла осень, довольно бесцеремонно, постоянно заставляет чувствовать нас идиотами — одень свитер и дождевик, сними все, хахаха, нет снова надень. Что это у тебя? Платье? Ботинки? Не смеши меня. Сухой кашель. Холодные лодыжки. Мокрые ступни. На, получи. Свитер сними, вспотеешь. Шарф намотай. Простудишься. Но расскажу про запахи. Ходила тут, не знала, что надеть, под какой свитер лучше подходит стеклянный, мыльный аромат. Дошла до Dear Polly - чай, табак, инжир, и что-то еще такое невнятное, но как раз в октябре носить норм. Так, чтобы носом уткнуться в чье-то плечо и попытаться сделать это пресно и безотходно. В гости снова начал заходить наш старый, прости господи, во всех смыслах товарищ. Сначала он принес букет лилий, и сказал: "поздравляю". От немцев цветы обычно получаешь по двум поводам - либо кто-то родился, либо кто-то умер. Обычно просто сама себе покупаю, потому что хочется окружить себя красотой. С первым выходом в люди, ответил он. Ну и вообще. Просто захотелось. Лилии пахнут депрессивным эпизодом перед нем рождения. Пустотой перед бокалом шампанского - надо бы праздновать, а что? Такая магия запахов - где бы ты не был, любой запах из библиотеки вернет тебя туда, куда ему захочется. Когда мы познакомились, он пользовался аптечным парфюмом за тридцать евро. Сейчас в таком формате уже не делают. Пресно и безотходно в плечо утыкаться не получалось. Часто получалось навзрыд, но изнутри, как выстрел — все забрызгано. Потом я еще долго ходила по его комнате, нюхала его рубашки и одну даже спиздила перед расставанием. Сказала: “я тебя люблю, но из этого ничего не получится”, и вышло по идиотски. Потому что жить с ними невозможно, а без них - не очень понятно как. Парфюм закончился, но я его нашла. Вытащила откуда-то из Польши, бодалась с сайтом и с продавцом, но если мне надо, и я хочу кому-то сделать хорошо, я из под земли достану желаемое. Прислали, я забрала его с почты. Нойкельн сдетонировал перцем и перцем. Подумала: "боже, блять", но остановиться его слушать было невозможно. Делать так по отношению к себе - не очень по-человечески. Ему для радости - мне для вдохновения. Поэтому обнимать незнакомых, приятных людей, немного страшно. Некогда любимых, или потеницальных — еще страшнее. Они-то может быть уйдут, а история с ними, с запахами еще останется в библиотеке. Шафран, перец, амбра. Взрыв.