Так вот #жизньнамаске Давайте сразу договоримся: я про войну помню и ни на минуту не забываю. И про диктатуру помню. И про всякие другие обстоятельства, от «режиссёр: РЕЖИССЁР» до импортзамещения. Но я не буду прям в каждом посте напоминать о них вам, потому что вы тоже, я знаю, о них помните. Ну вот. Что Юрий Баранов, идеолог продюсерской компании MuzArts, видел программу «Лабиринт» как‑то иначе, я примерно не сомневаюсь: я видел первый PostScript и читал про второй, и у меня есть ощущение, что фирма веников не вяжет, даже если лично меня что-то трогает как-то там меньше или там я просто не могу в такой‑то раз смотреть «Фавна» Черкауи с ещё новой труппой. Второе, в чём я не сомневаюсь: в Большом театре достаточно крутая балетная труппа, причём более разноплановая, чем (мне) иной раз кажется. Программа «Лабиринт» логично движется от днища вверх. Первый спектакль — утверждается, что все три произведения программы суть неоклассические балеты, но я уверен, что это не так — называется «Сияние», и поставила его Ольга Лабовкина. Ну… Что сказать. На фестивале современного танца с компанией очень влюблённых в материал и танцовщиков, в небольшом и небогатом блэкбоксе, при публике, которая очень-очень хочет, чтобы в России уже наконец‑то что‑то как‑то там пошло, этот спектакль и то смотрелся бы неважнецки. Потому что, как справедливо заметил один мой собеседник, вместо любого движения здесь могло бы быть любое другое (как и вместо любого звука в партитуре Ильи Дягиля). Набор очень-очень старых, очень-очень кондовых и очень-очень выдохшихся клише мешает мне тут говорить о собственно хореографии; вообще вершиной мысли постановочной команды является сцена, когда герой суёт голову внутри пуфика, разрисованного под физический глобус. И так ходит. Это должно означать, что он отправляется в путешествие к другим планетам, кстати: спектакль не только невыносимо кондовый по средствам выразительности, он ещё настолько же вымученный в части нарратива. Ну то есть это балет по книжке. Про путешествие к звёздам. И про Землю в иллюминаторе (тоска по родной планете изображается посредством группового номера с фонариками-домиками, который был бы ужасно милым, если бы самодеятельный детский театр показал его на новогодней ёлке, а так нет). Нарратив этот постановочная команда мучительно жуёт на протяжении всего спектакля, потому что рассказать-то нечего, но если отвязаться от сюжета, то, видимо, совсем не будет никакого повода для танцовщиков шляться по сцене. Приходится терпеть. Всем. Как пел Щербаков, «не то беда, что я давно не нужен вам, беда, что вы мне тоже не нужны»: пафос сам по себе бывает задорным, наивные идеалы могут завораживать, когда всё это делается, как бы сказать, с верой в необходимость именно такого дела. Но нет. Ужасно вымученное всё. Танцовщикам БТ, видимо, скучно от предлагаемого наборчика движеньиц. Музыка — ну, я вчера рассказал. Хореография… Хореография… Мда… Так о чём я?..