«Лишив оперу телесности, мы потеряем мощную информационную систему, работающую в связке с музыкой и словом. Но не стоит воспринимать тело только как манекен для костюма (каким бы важным этот аспект ни был). Тело в опере — носитель жеста и голоса, о чем и пойдет речь ниже. […] Голос певца наравне с жестом создает материальную телесность спектакля», — это пишет Лена @extendedplay и дальше ещё вводит термин «телесная сценография» и замечает, например, важные штуки: «Фрайер… оставляет аффект внутри и передает напряжение партитуры через статику и внутреннее напряжение артистов», — это не только про «Кольцо» верно, конечно, но во Фрайеровском балаганчике это (мне) было непросто увидеть и понять как сущностное, ага. На небе только и разхговоров, что о море; сейчас мне об общей теории всего думается лучше, чем о чём бы то ни было ещё, и я очень рад, что среди коллег есть те, кто сейчас может писать и думать. Ленин текст — как умеет Лена — сочетает в себе ликбез и очень свежие мысли. Небесспорные спрямления маршрута совсем не обесценивают строгие выводы. Лена специалист по танцу, теоретик и практик, и это меняет ракурс на, похоже. очень продуктивный. Я только что у Лены поучился (это уже другая мысль) и закрыл, мне кажется, некоторые дыры в своём представлении о мире. Мало ли вы тоже не видели Мэри Вигман? Как говорят старенькие профессора, «я вам завидую», в смысле я увидел, и у меня случился отвал башки. Доброе, в общем, утро.