Вот ещё история вам с утра. Посмотрел Масяню. И тут же прочитал у коллеги, что многим «не надо смотреть», потому что «возможна ретравматизация». Как вы понимаете, идея решать за других людей, что им надо смотреть, а что нет, вообще кажется мне пугающей, но ещё я очень не верю в то, что проект переживания личного через катарсис провальный. А потом сидели, обсуждали с подругой, ну, в общем, не что-то. Жизнь. Какие-то вещи, которые до войны казались сверхважными, а сейчас не кажутся, и пресловутый развлекательный сектор, в котором оказались наши професии и по выбору, и не по выбору. И среди всего этого, значит, М. мне говорит: «А я не сдохну, я даже на концерт пойду, Шнитке слушать». Концерт должен быть в самом деле довольно крутой, и это штука, которая до войны уже игралась на Ленфильме. И до войны меня интересовал оркестр громкоговорителей, как это звучит и так далее, а вот эта часть — «SCHNITTKE LIVE (E+U)» — часть большого исследовательского проекта Олега Нестерова «Три степени свободы», посвящённого феномену советской киномузыки. В Советском союзе музыку для кино писали Шнитке и Прокофьев, Каравайчук и Шостакович, Хачатурян и Вайнберг. Нигде в мире композиторы такого высокого уровня не работали в кино. Для советских композиторов киномузыка стала самым свободным проявлением в искусстве: существуя официально, она могла не вписываться в каноны «социалистического реализма». — казалась чем-то самочевидным, ну то есть мы же знаем все, что было именно так. Теперь картинка другая. И киномузыка у нас у всех немного другая, потому что ощущение тотальной дереализации немного добавляет ощущения киномузыки, если вы понимаете, о чём я. Вот прямо сейчас у меня в комнате играет Шуберт. А под окном один человек говорит другому, что «все мы сядем, потому что мы всей страной сидим». Я согласен с Полиной, что стратегия «большая прекрасная красота + маленький кусочек для дискуссий чего-то стоящего и болезненного» не работает, но «большая прекрасная красота» — это, я надеюсь, вообще не про искусство. А что про него? Музыка к мультику — это большая прекрасная красота или что-то ещё? Это компромисс или блин что вообще? Я не знаю, может ли, в общем, концерт в Александринке стать поводом что-то пережить и понять про сейчас, но для меня, кажется, стал уже даже анонс. Такие дела. Я постараюсь в ближайшее время меньше писать постов, про которые я не знаю, о чём они. Извините.