У меня был на днях довольно тяжёлый разговор с мамой о моих и вообще наших перспективах; но думаю я не о нём, а о либретто #chess. Я сейчас про оригинальный лондонский вариант, но на самом деле в этой части «Шахматам» лучше не становилось ни разу, не стало и в Москве, где Русский и его куратор тов. Молоков беседуют так примерно (по памяти): Молоков: бла-бла-бла Американец псих. Русский: Глупость! Почему снова слепо верите вы грязной пропаганде? Молоков: Расслабься, друг мой, мы рядом всегда. Знай, что мы поможем. Русский: Чем может помочь мне толпа консультантов?.. Молоков: Мы понимаем…, но… твой проигрыш и твой успех тут же на нас отразятся на всех. Русский: Не учите меня, добьюсь я победы и лично отвечу за всё. Молоков: Ещё какое-то вежливое и настойчивое бла-бла. Русский: Уйдите и мне подарите чуть-чуть тишины и спокойствия вместо дурацких бесед, если ждёте вы побед! ОМФГ, как бы мне хотелось сейчас быть на месте Русского в мире вот с такими вот кураторами. Ну и вообще в мире, где мозг позволяет реально представить, что ты своему КГБшнику отвечаешь «stop spouting that old party line — yes, I know it’s your job, but». Какое, блин, but? Мало того. Молоков, как мы помним, упустил Русского на Запад… а после этого снова поехал во главе советской делегации, уже с Вигандом. Ну вы понимаете, да? Тем временем я еду в поезде; моя соседка звонит кому-то и говорит: «Привет, ну я уже сижу... В каком смысле разрешили позвонить? Никуда не надо ехать! Я в поезде сижу! В поезде!» Доброе утро.